Книга Медея, страница 109 – Ли Литвиненко

— Церус Киф. Он очень добрый. Иди и ничего не бойся. Только прикройся плащом. От любопытных глаз.

— Ну тут вы меня не учите. Я не раз выполняла поручения хозяйки, знаю как пробраться в плохое место незамеченной. Да и на том берегу я уже бывала. Ходила под мост к ведьме-гоблинихе.

— Это хорошо, что уже бывала на той стороне, а вот к гоблинихе больше не ходи, – в Медее проснулась ее вечная тяга опекать и наставлять. – Вот возьми, – Медея протянула девушке свой носовой платок. – Отдашь Церусу в качестве доказательства своих слов. И…поторопись. Мне не понятно, что на уме у этой парочки. Доживу ли я до рассвета.

Церус как и планировал, возвращался в гостиницу через пару часов отсутствия. Вейден Горнер оказался в городе личностью известной и узнать подробности его жизни совсем не составило труда.

Идя под дождем, Церус продолжал переваривать полученную информацию. Прошлый муж Медеи удивил. Да, именно удивление чувствовал Церус, слушая о похождениях человечишки. Из озвученного в кабаках, оборотень смог сделать два важных вывода: первое – Вейден не любил Меди и женился на ней ради денег и второе – Горнер был ему мерзок.

Церус, всю жизнь обделенный возможностью обзавестись семьей, не мог понять человека поступавшего как Вейден и всей душой осуждал его. Как можно – женится и изменять?

На этом берегу в мужских компаниях, не скупились на подробности личной жизни торговца. Крепкий ром развязывал даже короткие языки. Возчики-гномы рассказывали Церусу как подвозили Горнера к веселым девчонкам. Много раз. Он навешал шлюх раньше, когда беременная Медея ждала его дома и теперь, когда в особняке Фалин обосновалась новая жёнушка.

Степной гоблин, что снабжал веселых девочек разными снадобьями, необходимыми в их профессии, поделился откровениями девушек. Оказывается, Вейд любил игры пожёстче, а в последнее время мужская сила подводила человечка и он, оставив неудачные попытки совокупится, просто напивался и жаловался на жён. Ему не угодила прошлая и теперешняя тоже не соответствовала требованиям.

А еще Горнер был дураком. Криворуким управленцем, быстро спускавшим состояние Фалин. Несколько успешных производств, открытых прежним хозяином, прогорели и пошли ко дну. Еще парочка источников дохода, тоже дали течь. Он будто специально разрушал всё что создали прежние владельцы. Если так продолжится, Медее нечего будет возвращать из отцовского наследства.

Может оно и к лучащему? Церус даже порадовался такому повороту событий. Пусть у его пары будет меньше привязанностей к этому месту. Тогда они спокойно смогут уехать обратно. В стаю. В безопасность сторожевой крепости.

Идя мимо цветочного магазина, Церус остановился возле освещенной витрины. Какие красивые букеты. Как раз пришло время для цветения пионов, их пышные головки так и манили сквозь стекло. Хотелось наклонится, понюхать. А рядом люпины и розы. Красные, полураспустившиеся бутоны королевы цветов, привлекли внимание оборотня.

— «Интересно Медея любит розы?» – покачал головой понимая, как мало знает о своей паре.

Почему он так противился разговорам о прошлом? Не привык рассказывать о себе? Или, поняв, что девушка из зажиточных, стеснялся своего нищего детства? Да, получалось что дело было именно в социальной разнице. Она, дочка богатого купца, он стражник, вояка без рода и денег. Если б жила с ним на одном берегу, возможно никогда бы и не глянула в его сторону. Да и куда бы он повел её? В дешевую гостиницу? Ведь жил одним днем, тратил все что добывал. Оружие, одежда, выпивка и постельные утехи, куда без них.