Книга Чума для принца, страница 55 – Алиса Пачино

— Мир помнит? — спросила я.

— Мир помнит всё, — ответил Северин. — Каждый крик. Каждую каплю крови. Каждую ложь. Нужно только уметь спросить.

Я колебалась секунду. Потом протянула руку.

Его пальцы коснулись моих.

Холодные. Очень холодные. Но не мёртвые — живые, пульсирующие, полные боли, которую он прятал тысячу лет.

— Закрой глаза, — сказал он. — И не бойся.

Я закрыла.

Мы стояли в комнате, которой никогда не существовало.

Она была соткана из света и теней — стены мерцали, пол уходил в бесконечность, потолок отражал звёзды, которых нет на небе. Посередине — кровать. На кровати — двое. Мужчина и женщина. Их лица были размыты — мир помнил их боль, но не черты.

Рядом с кроватью стояла девочка. Лет пяти. С тёмными кудрями и карими глазами, полными слёз.

— Мама, — прошептала девочка. — Мама, проснись.

— Ника, — сказал я. — Это ты.

Девочка не слышала меня. Она была памятью. Призраком прошлого.

В комнату вошла женщина. Высокая, тёмная, с глазами, полными тьмы. Ведьма Хаоса.

— Они мертвы, — сказала она девочке. — Твои родители мертвы. И их убила Ведьма Миров.

— Нет, — Ника покачала головой. — Тётя Сэйдж сказала, что Ведьма Миров — наша защитница. Она не могла…

— Тётя Сэйдж солгала, — женщина наклонилась к девочке. — Ведьма Миров убила их. Потому что они отказались отдать ей тебя. Ты — особенная, Ника. Твоя душа может вместить великую силу. И Ведьма Миров хотела забрать её.

— Не верю, — прошептала Ника.

— Поверишь, — женщина улыбнулась. — Со временем. Когда боль притупится. Когда ты забудешь их лица. Когда тьма станет твоим домом.

Она протянула руку и коснулась лба девочки.

Ника закричала.

А потом картинка исчезла.

Мы стояли во дворе. Снег падал. Время шло.

Северин плакал.

Не сдерживаясь, не стыдясь. Просто сидел на скамейке и плакал, как тот семилетний мальчик, которого забрали у сестры и заставили верить в ложь.

— Я ненавидел тебя, — сказал он, не глядя на меня. — Всю свою жизнь. Я думал, что ты — чудовище. Что ты убила их. Что ты забрала у меня всё.

— Я знаю, — ответила я.

— А теперь я вижу, что ты спасла мою сестру. Ты дала ей второй шанс. Ты… — его голос сорвался. — Ты сделала то, что я не смог.

— Ты не мог, — сказала я. — Ты был ребёнком. Тебя обманули. Тебя использовали. Это не твоя вина.

— Но я ненавидел тебя тысячу лет! — он поднял на меня глаза. — Я хотел убить тебя. Я планировал это. Каждый день. Каждый год. Каждое столетие.

— И теперь?

— Теперь я не знаю, что делать, — он вытер слёзы рукавом. — Моя ненависть была единственным, что держало меня на плаву. А теперь её нет. И я пуст.

— Это не пустота, — сказала я. — Это свобода.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

— Ты странная, — сказал он наконец. — Ты говоришь как моя сестра. Как Ника. Она тоже всегда говорила странные вещи. Когда мы были детьми.

— Может быть, мы с ней похожи, — улыбнулась я. — Обе были пешками. Обе нашли дорогу домой.

— Домой, — повторил он. — У меня никогда не было дома.

— Будет, — пообещала я. — Если ты захочешь.

Он кивнул.

И в этот момент воздух за спиной задрожал.

Я обернулась.

Из ниоткуда, разрывая реальность, как бумагу, вышел Ксавьер.

Белые волосы растрёпаны, глаза горят золотым огнём, тени клубятся вокруг, готовые к бою. В руке — кинжал с драконом.

— Алиса! — крикнул он, увидев меня. — Я чувствовал, что ты в опасности!