Книга Турагентство "Крутой маршрут", страница 37 – Адель Колуэ

За коляской вошла женщина лет пятидесяти. На ней было простое серое платье. Она не заметила небольшой камень на полу и споткнулась, чуть не потеряв равновесие.

— Осторожнее! — воскликнула Рина, мгновенно оказавшись рядом. — Тут ещё нужно внимательно смотреть под ноги… Ремонтных работ, как говорится, начать и закончить, — добавила она с лёгкой усмешкой. Затем нахмурилась, осмотрела пол, хлопнула себя по лбу и тихо шепнула, выставив ладонь и растопырив пальцы: — Дайте мне ещё пять секунд… — после чего вновь шагнула в мерцающий портал.

Женщина, устало улыбнувшись, с благодарностью кивнула всем сразу и поспешила к коляске, но была оставлена Алексеем:

— Не переживайте мы поможем, — он ловко подхватил коляску за один подлокотник, Илья тут же взялся с другой стороны… Они слегка приподняли её и поставили на ровный участок пола. — Так лучше… И… Осторожно, не торопитесь. Пол тут неровный, особенно у края круга.

Незнакомка, толкнувшая коляску, глубоко выдохнула, провела рукой по лбу:

— Ох, если честно, то до последнего думала, что всё это бред, или какой-то… Розыгрыш? Спасибо, мальчики… Простите, я совсем не рассчитала! Там, на той стороне, дорожка такая гладкая, ровная… А тут — прямо перед аркой этот проклятый бордюр! Я‑то думала, что коляска как‑нибудь «перепрыгнет»… Ан нет, не вышло.

Рина появилась почти сразу, неся две тяжёлые спортивные сумки. Она поставила их рядом с коляской и коротко кивнула Наталье:

— Закрывай. На сегодня всё.

Как только зеркало перехода погасло, мы все перевели взгляд на инвалида, а он осматривал нас: внимательно, без страха, скорее с любопытством.

— Может, представишь? — тихо спросила Наталья у Рины.

— Это Марк и его мама, Елена, — ответила Рина. — Они рискнули пойти со мной.

От этих слов мы удивлённо посмотрели на новеньких, а Рина начала нам рассказывать историю, как отбивалась от Ани, которой очень хотелось пойти со своими соседями, чтобы убедиться… Именно на этом месте она замялась, и слово взяла вновь прибывшая дама, которая представилась Леной.

Несколько недель назад Аня, соседка Елены, заметила, что та всё чаще выглядит расстроенной.

Однажды, встретив Елену у подъезда, Аня не выдержала:

— Лена, что случилось? Ты сама не своя.

Елена вздохнула, опустила глаза:

— Марк… Мой сын. Врачи сказали, что он никогда не сможет ходить. Он… он замыкается в себе. Вчера я услышала, как он шептал что‑то про «последний выход». Я испугалась до смерти.

Аня обняла её за плечи:

— Давай я с ним поговорю. Может, ему просто нужно высказаться?

В тот же день, когда Аня собиралась зайти к ним в гости, Марк сидел у окна, смотрел во двор. Вдруг он резко обернулся, глаза расширились:

— Там… там девушка светится! — закричал он.

Елена бросилась к окну, но увидела только Аню, разговаривающую с девушкой (тогда незнакомой, а сегодня она узнала, что это Рина).

— Марк, это просто Аня и её подруга, — попыталась успокоить она сына.

— Но она светилась! — настаивал он. — Как будто фонарик, который накрыли тонкой бумагой!

Елена испугалась: галлюцинаций у сына ещё не было. Травма после аварии уже лишила его ног — вдруг лишит и разума? Однако, увидев Аню, поинтересовалась, с кем девушка разговаривала днём во дворе и не заметила ли соседка чего‑то необычного в новой знакомой. Услышав отрицательный ответ, Елена разрыдалась и рассказала о беде сына.