Книга Кровавая алхимия: тайна Золотого города, страница 52 – Лисса Мун

Ответа не дождешься! Не стану обсуждать предательницу, которая даже в свое отсутствие норовит увести у меня мужика!

— Ага, — довольно хмыкнул он и притеснил меня сильнее, наклоняясь к самому уху. — Но даже благодаря простому слюнообмену каждый вампир в городе чуял, что кормушка занята. — Он втянул воздух около моей шеи так, что нежную кожу сначала укололо холодком, а затем опалило жаром. — После укуса рана быстро затягивается тоже благодаря свойствам нашей слюны. Я могу питаться одним и тем же человеком каждый месяц без вреда для его здоровья.

— Вы отклонились от темы, Руслан Игоревич, — фыркнула я и попыталась вывернуться лицом к нудному лектору. Где ваши шуточки? А лучшетвои, твои шуточки и жаркие поцелуи! Этот преподавательский тон снова сбил меня на старый лад. — И вообще, ты наклонился слишком близко для вампира, который не хочет покусательства… покушения… чтобы его укусили!

Хитрющий поганец принял мои условия игры и резко развернул к себе лицом.

— Шутки закончились, Рыжова, — отрубил он, будто бы прочитав мои мысли. — Тронешь хоть каплю моей крови — убью на месте. Сверну шею и отдам тело на эксперименты Белоусовой. Мне ни к чему алхимия, которая будет кричать о связи, с другими вампирами. Поняла?! — он дернул мои запястья и сильно стукнул ими о стену, сдирая кожу. — Любого человека я могу попросить забыть о кровопролитии. Люди охотно поддаются внушениям, для этого не требуется магия. Ты наверняка замечала, что стоит им услышать по черному ящику, чем надо заболеть, да какие симптомы выдать, чтобы отнести свои кровные в аптечный пункт, как их тут же начинает лихорадить. У тебя ведь тоже частенько болела голова, и ты знала названия пилюль, которыми закинуться.

— Предпочитала вкусно поесть и смотаться на вечеринку, — выплюнула, глядя ему прямо в глаза. Тыльную сторону ладони щипало, и мне хотелось разорвать бывшему преподу глотку за то, что посмел снова меня поранить. У игривой грубости должен быть предел! — Если предел стремится к бесконечности, то может возникнуть неопределенность. Давай определимся на берегу — не смей меня калечить! Иначе покусаю, несмотря на все твои аргументы! Математическим языком понятнее, Руслан Игоревич?!

Тьфу, я ведь больше не его студентка! И преподавал-то он биохимию, не матан вовсе. А так хочется говорить с ним на одном языке! Только лучше на языке любви. И я нагло лизнула его в кончик носа.

Русланчик взревел, как раненный зверь, и чуть не сорвал пышные шторы, когда швырнул меня на кровать. Сам же переместился к туалетному столику и буквально рухнул на мягкий пуф.

— И как с тобой уживалась Ясина?! Ты хуже одичавшего бухгальера!

— Опять она?! Сейчас же отпусти меня, я сожру эту занозу, и нам больше никто не помешает.

Но вместо того, чтобы обрадоваться и указать мне на дверь, поганец замер и изменился в лице. Остекленевший взгляд прожигал дыру в покрывале около моих изящных ножек, будто мужчину моей мечты заменила восковая кукла.

— Тебя покусала перед смертью Ирис Мор. Но ваша алхимия вышла куда занимательнее простой связи. Пока не разберешься с ее даром, вообще не лезь к другим вампирам, — вдруг выдал он. — Ирис принадлежала Эбу, а он ей. Не смей путать энергию сильнее и не смешивай пробирки с неизвестными веществами, пока не будешь точно уверена в реакции! Химическим языком понятнее, бывшая студентка Рыжова?