Книга Мой альфа не такой как все, страница 83 – Элис Карма, Алиса Буланова

В аудитории я замечаю Ромку. Он сидит у окна, откинувшись на спинку стула, и смотрит куда-то в сторону. Наши взгляды на мгновение пересекаются. Он поднимается и подходит ближе. Я чувствую лёгкое напряжение. Не знаю, как вести себя с ним теперь

— Значит, помирились? — спрашивает он. И на мой немой вопрос поясняет: — Видел вас с Егором из окна А... ну да, — киваю я неловко.

Рад за тебя, — Ромка слабо улыбается и уходит обратно на своё место. Я провожаю его взглядом и вдруг понимаю, что больше не чувствую неловкости. Только благодарность за поддержку. Мне сложно представить, что за чувства двигали им, когда он был рядом со мной в трудный момент. И что за чувства заставили его сказать Егору правду, чтобы разрешить недоразумение. Но одно я знаю точно: Ромка ещё один альфа, доказывающий, что не все они одинаковы. Кто знает, может, на самом деле достойных среди них не так уж и мало?

Проходит ещё неделя, и я начинаю замечать изменения в поведении преподавателей Евгений Борисович больше не придирается ко мне, не ищет ошибок в каждой строчке моих работ и не вздыхает демонстративно, когда я поднимаю руку. После очередной практики он вызывает меня к кафедре. Я машинально готовлюсь к худшему. Юлия, — говорит он, пролистывая журнал.

Я пересмотрел вашу оценку за ту

лабораторную работу. Всё-таки расчёты у вас были корректные, поэтому я исправил «удовлетворительно» на «хорошо».

Я на секунду теряюсь. Мне требуется время, чтобы поверить, что это действительно происходит. — Спасибо, — отвечаю я вполголоса.

Внутри поднимается чувство воодушевления. В груди рождается робкая, осторожная надежда: а вдруг он правда что-то понял? Вдруг до него дошло, что не все омеги одинаковы, что мы не безликая масса, а личности со своими способностями и характером. Надежды этой хватает ненадолго. — Вы способная, — продолжает Евгений Борисович, снимая очки. — Но вы должны понимать одну простую вещь. В конце концов, этим миром правят альфы. А для омеги главное — найти того, кто будет решать её проблемы. Вам вот повезло найти подходящего альфу.

Эти слова резко опускают меня с небес на землю. Всё тепло, которое я только что чувствовала, стремительно тает, оставляя после себя неприятный осадок.

— Что-то ваши слова не сильно похожи на извинения, — замечаю я саркастично. Он смотрит на меня с лёгким удивлением, а потом пожимает плечами. Я выхожу из аудитории с высоко поднятой головой, хотя внутри обида сворачивается тугим узлом. Теперь мне ясно: он смягчился не потому, что понял свою неправоту, а потому, что Егор попросил его об этом.

От этого осознания становится немного больно, словно мои собственные усилия снова обесценили. И всё же, как бы мне ни хотелось быть принципиальной, я не могу отрицать очевидное: оценки больше не занижают. И мне не приходится доказывать очевидное. Это облегчение никуда не девается, даже если радость выходит горьковатой.

После занятий мы с Егором едем домой. За окном медленно тянется серый город. Я смотрю на улицы, но мысли всё время возвращаются к разговору с Евгением Борисовичем.

Ты чего опять загрустила? — спрашивает Егор, сжимая мою руку. Да так, просто думаю, что преподаватели всё ещё относятся ко мне предвзято, — отвечаю я задумчиво. — Просто теперь они не действуют так открыто, потому что боятся тебя. Изменение укоренившихся устоев в обществе оборотней — непростой и небыстрый процесс. На это нужно время, — произносит Егор, тщательно подбирая слова.