Книга Дышу тобой, словно воздухом, страница 67 – Диана Валеса, Наргиза Огненная

Губы Кая спускаются ниже, к ключице, и я чувствую, как он вдыхает мой запах.- Я думал о тебе каждую секунду, - выдыхает он.

Его слова пробираются сквозь туман, что поселило во мне желание и близость альфы, достигают сознания, и где-то на периферии что-то щёлкает.

Моё тело отвечает раньше, чем разум успевает остановить. Пальцы сжимаются в его волосах сильнее, притягивают его голову ближе, и я чувствую, как его губы снова находят мои. Поцелуй становится глубже и отчаяннее. Его язык вплетается в мой, и я отвечаю так же жадно, потому что всё это время я тоже скучала. И думала! Губы снова находят мою шею, и я чувствую, как он проводит носом по коже. Зубы слегка прикусывают, и я замираю, потому что помню это. Помню, как он укусил меня там. Как оставил метку….. Но в следующую секунду картинка перед глазами меняется.

Клан Мебиус.

Он из клана, который воюет с моей семьёй. Он наследник того самого Адалора Мёбиуса, которого папа называет врагом. Он внук человека, который, возможно, стоит за похищениями в нашем городе... И он тот, кто выкрал меня из моего дома в мой день рождения. И держал меня на цепи в сыром подвале. Холодная волна отрезвления накатывает, смывая жар, который только что сжигал меня изнутри. Резко упираюсь ладонями в его грудь и толкаю. Со всей силы, на которую способна.- Отпусти! - голос срывается на крик.

Кай замирает, но не отпускает. Его серые глаза смотрят на меня.- Отпусти, я сказала! - бью его в грудь.

Он не двигается. Стоит, как каменное изваяние, и я бью снова и снова, потому что это единственное, что я могу сейчас сделать.

Клубни...

Не называй меня так! - выплёвываю я, и голос звенит от ярости, что поднимается из самой глубины. Или от боли. Я уже не различаю.

Он медленно опускает меня на пол, убирает руки, но не отступает. Стоит так близко, что я всё ещё чувствую жар его тела. Слышу его дыхание. Чувствую запах, который уже успел стать родным. Ненавистно родным! Не смей ко мне приближаться! - цежу я. - Никогда. Слышишь? Никогда! Сера, дай мне объяснить… - начинает он.

Замолчи! - перебиваю его, потому что если он скажет ещё хоть слово, я сломаюсь. - Ты... Как ты посмел? Как ты посмел прикасаться ко мне после того, что сделал?

Кай молчит. Только челюсть сжимается, желваки ходят ходуном, а в глазах целая буря. Но он не оправдывается. Не объясняется и не просит прощения. Просто смотрит, и от этого взгляда становится только хуже. Ты похитил меня, говорю медленно. -

Выкрал из моего дома, в мой день

рождения. Держал в подвале. На цепи. Как собаку. А теперь смеешь целовать меня? Он делает шаг назад. Но этого достаточно, чтобы я смогла сигануть вбок и выбраться из его капкана. А затем иду прочь почти бегом.

Стараюсь не оборачиваться. Потому что если обернусь, не смогу уйти. А остаться, значит предать свою семью. Но запах его остаётся со мной. И поцелуй на губах. И тепло на коже... О боже.

Почему я реву? Он не достоин ни одной моей слезинки, мысли и тем более этой раздирающей внутри меня боли. На улице светит такое яркое солнышко, будто издевается. Потому что мне сейчас хочется, чтоб пошёл ливень. Набежали тяжёлые, свинцовые тучи и страдали вместе со мной над тем, какая же я дура- Тебе не должно быть больно. Мне вообще всё равно.

Вытираю слезы со щёк рукавом блузки академической формы, откровенно пачкая её. Но мне всё равно на всё вокруг: на эту дебильную форму, солнце и даже листву, что после вчерашнего дождя только стала ярче. Но зато мне не всё равно на парня, который является врагом моей семьи и кто держал меня в сыром, тёмном подвале.- А я тебя ещё лучиком надежды считала, - поджимаю губы сильней, собирая их в тонкую линию. Чувствую, как слезинка скатывается со щеки на край губы, я ее инстинктивно слизываю и понимаю, что она настолько солённая, что, кажется, действительно это горечь сожалений и моей привязанности к немому альфе, который так жестоко со мной поступил.