Книга Не женщина - загадка!, страница 21 – Яна Ясная, Светлана Нарватова

Но трусы — бог с ними. Можно и без них обойтись.

Особенно сегодня ночью.

А вот ботинки…

Мы должны встретиться через два часа. И два часа в ботинках Маршиного папы — ровно на два часа больше, чем мне бы хотелось. Я сдвинул тяжелую металлическую крышку, которой контейнер был закрыт на случай осадков. На меня пахнуло плесенью и затхлостью. Разве мог я пару дней назад предположить, что буду ковыряться в мусорном баке с целью приобретения обнов? Но жизнь умеет удивить.

Я стал планомерно перекладывать содержимое из одного конца в другой, перегнувшись через высокий бортик и закапываясь всё глубже в контейнер.

— Опасно, — раздался голос у меня за спиной, и я чуть не перекувыркнулся к курткам, пиджакам и брюкам. Почему никто не додумался бросить сюда простое человеческое белье? Что, бездомным оно не нужно с точки зрения более удачливых граждан?

Я резко выпрямился, потянув мышцы спины и очень натурально застонав. Передо мной стоял коллега по несчастью, лет на десять-пятнадцать постарше, с характерной землистой кожей человека, который недополучает здоровой пищи. Также одетый с чужого плеча, только более грязный. Меня словно пронзило инсайтом: не нужно было ничего стирать, я теперь слишком выделяюсь на фоне ему подобных. Но один взгляд на себя показал, что уже нет. Прогулка по слякоти и обнимашки с контейнером не прошли даром для меня и моей одежды.

— Я осторожно. — Если бы он меня не напугал своим ценным замечанием, то мне бы тем более ничего не угрожало.

— Опасно на улицах. — Взгляд мужика был немного расфокусирован. Зрачки расширены. Похоже, под кайфом. — Не ходи.

Или псих в осеннем обострении.

— Не буду, — пообещал я. С такими главное не спорить.

— Уматывай нахрен.

— Я быстро. Мне бы ботинки. Эти жмут, других нет. В летних холодно. — Я говорил короткими, простыми фразами, чтобы смысл их смог пробиться даже в затуманенное сознание.

— Ботинки вот. — Бродяга ткнул пальцем в свои, которые, кстати, выглядели довольно новыми. — Взял сегодня. Большие.

— Повезло! — искренне позавидовал я.

— Меняемся?

— А не жалко?

— Большие. А на улицах опасно. Надо валить.

— Проверим! — Я подошел к мужику и поставил ногу рядом с его. Да, действительно, его ботинки казались немного больше. — О! Ты точно хочешь их отдать? — Ещё раз уточнил я.

Ответа не услышал. Вместо него мужик уже расшнуровывал свою пару. Надеюсь, Марша не слишком привязана к этой обуви как к памяти о счастливой юности.

Я кинул на землю пиджак из контейнера, чтобы разуться. Мой компаньон встал ногами в дырявых потниках прямо на дорогу. Я почувствовал себя аристократом в своих разноцветных носках, но бедолаге до меня дела не было.

— Слышь, а где трусы можно раздобыть, не знаешь? — поинтересовался я, испытывая неземное блаженство от комфортной обуви.

— Нет. Уходи, — коротко ответил собеседник и, семеня, поспешил вглубь улицы.

Ну нет, так нет. Кто я такой, чтобы спорить с профессионалом? Я притопнул ногой, убеждаясь, что ботинки пришлись впору, забросил пиджак туда, откуда взял, и вернул на место крышку. Мало ли, что ещё понадобится? И не только мне.

Вытащил из кармана часы. Я потерял двадцать минут, но до вокзала здесь от силы десять-пятнадцать, так что времени в избытке.

Бетонные ступени, что вели в подземный переход, казались особенно серыми и безжизненными этим сумрачным утром. Держу пари, днем распогодится, пригреет солнышко, но пока ленивые лучи едва пробивались сквозь серую муть облаков. Я поднял воротник, натянул поглубже шапку, сунул руки в карманы и с прискоком сбежал вниз.