Книга Вечная погибель, страница 6 – Тигест Гирма

— Убери, – приказал он. – И принеси мою кровь.

Кидан глубоко вдохнула, крепче сжимая в кармане пистолет. Его кровь. Кровь, текущую по ее венам. Будто ее тело больше ей не принадлежит. Эта часть сделки унижала сильнее всего.

Он протянул металлическую руку – еще одно отличие от Сузеньоса. Все левое предплечье было закрыто. Кидан с большим трудом поднялась и налила полный бокал своей крови. Она замерла, дожидаясь, чтобы он подошел ближе, прямо под шарики.

Самсон прошел по ковру и взял бокал. Он пил так, словно впервые попробовал воду. Когда он вытер розовые губы, его кожа слепила, словно солнце. Недобрые глаза покраснели, и он глубоко вздохнул с тошнотворным удовлетворением.

Резкая волна ненависти захлестнула Кидан, и она чуть не застрелила его на месте.

Когда он попросил крови в первый раз, она отказала.

Его влажные глаза загорелись, как у голодного волка, а рука обхватила ее горло, сдавливая трахею. Металлическая перчатка была такой ледяной, что у нее похолодели ступни. Потом он перерезал ей когтем шею, вылил кровь в бокал, будто она винная бочка, и отшвырнул ее прочь.

Из ее тела он пить не стал. Не пожелал впускать в свой искаженный разум – Кидан сочла это маленькой милостью.

Поэтому Кидан, как и все выпускники, отправилась на пункт сбора крови в укслейскую больницу Роджитов, сдала кровь и принесла сюда.

— Твоя единственная задача, наследница, – добыть мне маску и рассказать про закон дома, – сказал он, вытирая с губ кровь.

Ее взгляд скользнул по пустому бокалу. Когда-то она боялась, что эта кошмарная участь настигнет Джун.

«Никто не пил мою кровь».

Так сказала ее сестра. Потому что Джун никого не лишала жизни, она не убийца. А от акторов, которые не убивали, пить кровь нельзя. Как в детстве – когда над ними издевались, Джун закрывала глаза и забивалась в угол, предоставляя Кидан решать проблему.

Кидан ответила, не поднимая взгляда.

— Я же говорила тысячу раз. Чтобы прочитать закон, нужно время. Чтобы научиться управлять законами дома – еще больше времени. Занятия начинаются в четверг. А пока тебе придется потерпеть.

Из-за ее тона Самсон обнажил клыки, и Кидан вздрогнула. Невольно вспомнила силу его рук, когда он ударил ее головой о скамью в заброшенном зале, и по телу пробежали мурашки. Он был готов сделать нечто гораздо худшее, и сделал бы, если бы не подсказка Сузеньоса, которая спасла ей жизнь.

Самсон был беспощаден, и внутри у него всегда бурлила ярость.

Впрочем, как и у нее.

Проскользнув под шары, Кидан засунула обе руки в карманы.

— Я хочу, чтобы ты ушел.

Словно волк, влекомый к мясу, Самсон приблизился к ней.

— Ты смеешь мне приказывать?

— Я пригласила гостей. – Она небрежно глянула на шары. – Не хочу, чтобы они видели, кто пьет мою кровь. Как-то неловко.

Как она и ожидала, его лицо исказилось от гнева. Ногти вытянулись в чудовищные когти с черными кончиками. Один взмах, и он может перерезать ей горло. Сердце заколотилось, как барабан. Рука Кидан привычно потянулась к запястью, черпая силу из браслета-бабочки. Синяя таблетка помогала ей быть непобедимой, не бояться смерти.

Без нее она становилась слишком человечной, думала о неудобных вещах – например, выживании.

Самсон взмыл к потолку – воплощение мускулистой силы – и рубанул по шарам.