Книга Истинная пара, или Как я писала мемуары, страница 50 – Виктория Серебрянская, Элеана Рид

Стоит ли удивляться, что после такого сна я проснулась совершенно разбитая? Особенно если еще учесть, чем я занималась накануне. Я не выспалась. Хотя Мия и не стала меня будить. После первого же движения стало понятно: свобода для меня стоит очень дорого. Сегодня точно я буду ползать по дому, как древняя черепаха, охая от боли в мышцах и суставах.

Я полежала немного, вспоминая все, что произошло накануне. И приснившийся мне сон. Слишком яркий и детализированный, чтобы быть простым ночным кошмаром. Скорее всего, как мне приснилась моя собственная смерть, точно так же я этой ночью «увидела», что стряслось с бывшей хозяйкой тела. М-да-а-а… Увиденное меня еще больше укрепило во мнении, что я должна найти собственный источник дохода, чтобы не зависеть от герцога, алчных и бесчестных родителей этой девушки, Альтеа, и той копии Ильи, за которую она вышла замуж. Однако же!.. Насколько похожи наши с ней судьбы!..

В этом месте цепочка моих мыслей прервалась тихо скрипнувшей дверью. Я хоть и понимал, что в этом месте ко мне не войдет никто, кроме Мии, все равно непроизвольно напряглась. На что мышцы, особенно спины, мгновенно возмущенно отреагировали жгучей болью. Переутомилась я вчера. Не привыкла к такой работе, не привыкла вообще работать руками. Да и чего уж там, разленилась немного под гиперопекой герцога.

— Вы проснулись, леди! — просияла улыбкой подкравшаяся на цыпочках к кровати горничная. — А я пришла вас будить! Я принесла с кухни свежие булочки, сыр, яйца и фрукты! И заварила бодрящий отвар!

Я не смогла не улыбнуться в ответ. С губ само по себе как-то сорвалось:

— Ты сокровище, Мия!

Мия вспыхнула от удовольствия, как спелая вишня под летним солнцем, и принялась хлопотать вокруг меня с удвоенной энергией. В прошлой жизни мне приходилось слышать поговорку о том, что доброе слово и кошке приятно. Но вот подтверждение правдивости этих слов я получила впервые.

— Ой, леди Стефания, вы такая добрая! — прощебетала горничная, ненавязчиво помогая мне сесть в постели. — Давайте-ка я помогу вам с утренним туалетом. Вы вчера так устали! Вы вчера и пыль вытирали, и полы мыли... Зачем вы сами? Я бы позвала слуг! Ничего страшного бы не случилось!..

Я только вздохнула, морщась от боли в пояснице. Вчерашний день и правда вымотал меня до предела. Но я так боялась хоть кому-то сказать про этот домик, что предпочла отмывать его собственными руками. Опасалась, что если прикажу Мие позвать еще слуг, то кто-то из них сдаст меня герцогу и тогда прощай свобода!.. Но цена этого поступка... Ох, эта цена в виде ноющих мышц!

— Ничего, Мия, — пробормотала я, опираясь на её руку и вставая. — Я привыкну. Скажем так... эээ... в прошлой жизни я тоже не была лентяйкой. Просто... непривычно.

Мия кивнула понимающе, хотя в её глазах мелькнуло сомнение. Она подвела меня к экрану у окна, где уже стоял умывальник с теплой водой, ароматным мылом и мягкими полотенцами. Я плеснула в лицо теплой водой, чувствуя, как она смывает остатки сна и вчерашней пыли.

Волосы у меня были в полном беспорядке — длинные, каштановые, вечно путающиеся, как мысли попаданки в новом мире. Горничная расчесала их гребнем с костяными зубьями, заплела в свободную косу и закрепила лентой.

— Теперь платье, леди! — объявила она бодро. — Я выбрала то, зеленое, с вышивкой. Оно вам так идет! И корсет не слишком тугой, чтобы не жало спину.