Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 177 – Лариса Петровичева

— Я испугался, – сказал Виктор.

— Чего? Что я умру, и ты так и не узнаешь секрет пирога?

Сама не знаю, как это вырвалось. Я тотчас же пожалела о сказанном.

Виктор покосился в мою сторону, и лицо у него дрогнуло так, словно я его ударила. Но когда он заговорил, голос прозвучал вполне спокойно.

— Это не единственный пирог на свете, Глория. Знала бы ты, сколько я их видел!

— Представляю. Я читала «Академию кухни». Первый том, «Рецепты Баланторского королевства». Интересно.

Виктор едва уловимо улыбнулся. Мы шли мимо домов, утопающих в ярких красках осенних цветов, горожане с любопытством смотрели на нас, кто-то даже поклонился, и на какой-то миг мне почудилось, что я вернулась в провинциальный Келлеман, в котором прошло мое детство.

— Я собирал эти рецепты с ранней юности, – произнес Виктор. – Все, что в моих книгах, я готовил сам… и всегда добавлял что-то свое. Это ведь классические рецепты. Все умеют готовить курицу в сливках и с грибами, но я добавил еще хорнский сыр и укроп, и вкус получился совсем другой. Ну, что-то в этом роде.

— То есть это уже авторские рецепты? – улыбнулась я.

— В определенном смысле, – ответил Виктор. – Вот был случай однажды. Маттео Карони решил предъявить претензию господину Фаренти: дескать, он украл его рецепт макарон с мясом. Я отбился тем, что обжариваю лук на сливочном масле и добавляю не рубленое мясо, а фарш. И мои макароны спиральные, так соус и мясо лучше их обволакивают. А его зеленый лук я выбросил. Не люблю зеленый лук.

— А высокая кухня?

Виктор усмехнулся.

— Тебе интересно, краду ли я рецепты? Вот так прихожу в ресторан, ем, а потом записываю все, что узнал?

Я выразительно завела глаза к небу.

— Ты об этом хотел со мной поговорить? О рецептах?

— Хоть и о рецептах. Мне хотелось побыть с тобой. Прогуляться.

«Я могу тебе верить? – подумала я. – Тебе, человеку, который женился на мне и все потерял? Да никакой рецепт этого не стоит, ты прав. На свете есть множество пирогов, мой не уникален».

— Бруно не писал? – спросила я.

Мы прошли мимо главной площади Итайна, там рассаживался маленький оркестр и потихоньку собирался народ: скоро начнутся танцы.

Виктор посмотрел в сторону музыкантов, которые смачивали горло темным пивом из высоченных кружек, и ответил:

— Нет.

Заиграла скрипка, и первая, самая нетерпеливая пара пустилась в пляс. Я заметила, что мы стали идти медленнее, и вдруг подумала, что давно не танцевала. Очень давно.

— Знаешь, мне вдруг пришло в голову… – произнес Виктор. – Давай потанцуем?

Виктор

Я понимал, что она может отказаться. В ее глазах снова захрустит ледяное крошево, и Глория отвернется от меня с той холодной вежливостью, которая граничит с искренним презрением.

— Давай, – улыбнулась она, протянула мне руку, и мы пошли туда, где уже кружилась первая пара.

Я давно не танцевал, но когда-то научился, чтобы не падать лицом в грязь в приличном обществе. Улыбка Глории сделалась мягче, словно здесь и сейчас, осенним вечером на площади провинциального городишки, она вдруг вернулась в свою юность, когда впереди лежали все пути, не было ни горя, ни обмана, и мир казался огромным и чистым. Тонкая правая рука легла на мое плечо, я обнял Глорию и мягко закружил по площади.

Она была воздушной и легкой, с потрясающим чувством ритма и откликом на каждое мое движение. Краем глаза я видел, как на нас смотрят горожане, кто-то даже открыл рот от восторга – ну еще бы, столичное обхождение, это вам не со свиньей в луже лежать. Музыканты были не слишком умелы, но играли от души. Сам не знаю, когда я вдруг понял, что музыка из энергичной и визгливой сделалась плавной, текучей, словно волна.