Книга Кольцо с опалом, страница 18 – Марьянна Кей, Карл Хаинс

Немного придя в себя и успокоив бешено колотящееся сердце, я словно в тумане, направился к выходу из помещения, благо дверь выделялась.

Уже через секунду оказался в некой прихожей, а затем и на кухне. Меня словно звал вперед поток свежего ветра, доносивший новые, непривычные запахи и звуки.

— Дия? — едва слышно шепнул, и, сделав небольшой шаг, взглянул на девушку.

Она стояла на балконе, прислонившись к перилам, и смотрела в ночь. Очертаниями плеч, наклоном головы — вылитая Дия в минуты тихой грусти. Лунный свет выхватывал из темноты контур ее щеки, прядь волос на ветру. Сердце сжалось дикой, болезненной надеждой.

— Дия! — выдохнул, голос прозвучал хрипло и неслышно даже для меня самого.

Я шагнул на балкон. Воздух ударил в лицо — жаркий, влажный, пахнущий цветами и дождем.

Девушка обернулась на звук шагов.

На миг рассудок отступил, затопленный волной слепой, животной надежды. Руки сами потянулись вперед. Я шагнул, схватил ее за плечи, чтобы притянуть к себе, обнять, убедиться — и в тот же миг понял. Увидел. Не глазами, а душой. Под пальцами был не знакомый шелк ее платья, а столь же мягкая, но странная ткань. Мускулы ее плеч были напряжены, готовы к рывку, или защите — у Дии такой готовности не было никогда. И запах — не привычные духи, а что-точужое.

Мария

Высокие потолки, увенчанные грандиозными пейзажами, золотая лепнина, натертый до блеска паркет. Ковры, в ворсе которых тонули ноги, тяжелые портьеры из дорогих тканей. Свечи, позолоченные канделябры, столовое серебро, мрамор и ценные породы дерева, мебель ручной работы. Всё, что когда-то поражало гостей и будоражившее их умы своей роскошью, кануло в Лету.

Запустение, тоска и тьма погрузили некогда (я в этом уверена) грандиозный замок в уныние. Подобных много на территории Беларуси. Какие-то отреставрировали, какие-то планируют реставрировать, а про какие-то забыли. Грустно, но время неумолимо течет вперед, не останавливаясь для размышлений и сожалений.

Я легко сходила по лестнице, не обращая внимания на небольшие трещины и сколы на ступеньках. Воображение рисовало шикарные балы, на которых дамы блистали в пышных платьях, а кавалеры были галантны и учтивы. В памяти всплыла мелодия вальса из балета П.И. Чайковского «Спящая красавица». Хотя, куда мне, сероглазой брюнетке со стрижкой «каре», до диснеевской синеглазой длинноволосой блондинки.

Почудилось, как по телу струится тяжелая ткань бального платья, а на руках — обязательно белые перчатки. Пальцы легко скользили по растрескавшимся перилам, но ничего не могло отвлечь от зовущего ощущения праздника.

Ничего, кроме внезапно разразившейся непогоды за окном. Вспышка молнии и следующий тут же гром быстро стряхнули с меня наваждение. Стоит признаться, я добровольно позволила себе утонуть в прекрасных чарах навеянного сна. Большая ошибка новичков, тех, кто метит в Мастеров сна. Это первое, что вбила в меня Ольга Вячеславовна, когда я согласилась поступить к ней на обучение. Но как же хотелось ощутить это прекрасное чувство легкости и праздника! В моем мире все слишком тяжелое, двойственное, а то и тройственное.

Я потрясла головой, прогоняя последние остатки воздействия. Как же любопытно: нет ни одного признака, что сон навеян кем-то. Будто подсознание само решило порадовать уставший разум. Жаль, что сильный дар и привычка держать все под контролем не позволили окончательно раствориться в магии замка.