Книга Да, моя королева! Дилогия, страница 147 – Татьяна Ткачук

И тут же она поймала себя на мысли, что хочется вскочить и бежать в библиотеку отца, чтобы проверить свою догадку.

«Ай, Лера! Прекрати! Что, по щучьему веленью, по моему хотенью?! Дурочка какая! Это тебе не сказки! Все гораздо прозаичнее и страшнее. Кто-то, а конкретно, эта вот радужная тётка, забросила твою гибнущую в аварии душу неизвестно куда, в тело девочки, которая и так уже погибла… Ма-ма!.. Господи, у меня сейчас мозг взорвется! Надо нормально ложиться, в постель, и спать-спать-спать! Ага! Уже поспала! Такого увидела, что… Бли-и-ин! Лерка! Прекращай рефлексировать уже! И – бегом в постель! Утро вечера мудренее!»

Она опасливо огляделась по сторонам, словно ожидала, что в комнате опять, неизвестно откуда, появится нечаянная гостья. Но страхи ее были напрасны. И тогда девушка осторожно задула один фонарь, а второй забрала с собой, направляясь к давно уже приготовленной служанкой постели. Уселась, накрывшись шелковым одеялом, погасила фонарь и вытянулась во весь рост, поудобнее умостив под головой подушку.

Девушка проспала без сновидений всю ночь и проснулась только тогда, когда верная Ха Юль пришла будить свою госпожу. Позёвывая, она начала умываться, потом служаночка помогла ей переодеться, тщательно расчесала прекрасные шелковистые волосы, заплетя их в тугую косу и украсив широкой нежно-голубой лентой.

Все это время какая-то неуловимая смутная мысль не давала ей покоя. Она пыталась что-то вспомнить, но тщетно. Ха Юль, заметив, что ее барышня непривычно задумчива в это утро, попыталась осторожно расспросить ее, что случилось. Но девушка лишь качнула несколько раз головой, а сосредоточенное выражение с ее лица так и не исчезло.

После завтрака она направилась в библиотеку. В помещении, против обыкновения, не было ни брата, ни отца. Лера прошлась вдоль стен, разглядывая многочисленные стопки рукописей, разложенных по полкам высоких стеллажей.

Наугад взяла одну книгу, бросила короткий взгляд на обложку, на которой стояли в ряд вертикально выписанные иероглифы.

«Описание избранных деревень». Хм, наверное, что-то географическое… Положила рукопись на место, взяла целую стопку книг справа. «Истинные записи правления династии Чосон», «Исторические записи Трех Государств», «Каталог гор и морей», «Записки о ритуале», «Суждения и беседы»… Книги отца. Только он мог читать такое!

И вдруг ее точно молнией прошило! Что?! Она понимает эти надписи?! Нет! Этого не может быть! Получается, что то, что ей приснилось ночью – и не сон вовсе?!

Господи, господи! Лера вернула стопку на полку и обхватила себя руками за плечи, почувствовав озноб. Потом, пройдя вдоль стеллажей, подняла несколько книг с другого места.

«Наставление царю цветов». «Досужие беседы на постоялом дворе»… «Чудесная жемчужина». Открыла последнюю.

Книга была прошита, по традиции, по правому краю, и страницы открывались слева направо. Лера отрыла обложку, сделанную из плотной желтой бумаги, взглянула на первую страницу, расчерченную на вертикальные столбцы, заполненные изящными иероглифами, складывающимися в слова сверху вниз. Стихи. Это стихи.

Теперь девушка понимала каждое слово, записанное в книге! Но как такое может быть?! К ней вернулась память Со Хён?! Откуда?... У Леры голова шла кругом. Такого просто не могло быть в реальной жизни! Какое-то невероятное волшебство! Значит, та женщина из сна (или не сна?), и впрямь, была богиней!