Книга Детский доктор или Попаданка в злую мачеху, страница 217 – Лана Кроу, Елена Смертная

Он никогда не кричал на меня. Никогда. А сейчас… Он нарычал на меня.

— Я…

— Убегай! Сейчас! Пока тебя никто не увидел!

Мне ничего не оставалось. Я развернулась и побежала, и ноги не слушались меня, я спотыкалась, падала, поднималась и снова бежала. В ушах шумело, по щекам текли слезы. Тит накричал на меня. Потому что я… я совершила страшную вещь.

Госпожа Катрин умерла. И она не просто умерла. Это я напугала ее. Это я сделала тот шаг, который заставил ее отступить и упасть.

Значит… это сделала я. Я убила ее.

***

* Ирина *

Я смотрела на Марию и чувствовала, как у меня разрывается сердце. Она сидела передо мной, вся сжавшись, с глазами, полными слез и ужаса, — такая маленькая, такая потерянная. И я знала: то, что она сейчас скажет, будет для нее самым страшным признанием в жизни.

— Я… — голос ее дрожал, она с трудом поднимала на меня глаза. — Она из-за меня упала… понимаете? Я не хотела, но… я убийца…

— Нет, — твердо сказала я, и в голосе моем не было ни тени сомнения. — Это не так, Мария. Слышишь меня? Это не так.

Я притянула ее к себе и обняла так крепко, как только могла. Она вздрогнула, а потом ее маленькие руки вцепились в мою одежду, и она снова разрыдалась — тихо, надрывно, всем своим маленьким тельцем. Я чувствовала, как дрожит ее спина, как она пытается сдержать всхлипы, но не может.

Бедный ребенок. Сломанная психика, разбитая душа, чувство вины, которое она носила в себе столько времени. Я не могла даже представить, как ей было тяжело — прятаться, бояться, винить себя. Но всему этому пора было положить конец. Эта девочка не должна была нести на себе груз чужой смерти. Тем более — смерти той, кто сама была вселенским злом.

Я отстранилась, взяла ее лицо в ладони и заглянула в глаза. Она смотрела на меня с таким испугом, с такой болью, что я чувствовала ее страдания, как свои.

— Мария, послушай меня очень внимательно, — сказала я, и голос мой звучал уверенно. — Ты была права. Ты была права все это время. Катрин была злым духом, который занял мое место. И ты… ты изгнала ее.

Мария застыла, перестала дышать. Ее глаза расширились, и я видела, как в них рождается робкая, неуверенная надежда.

— П… правда? — выдохнула она.

— Да, — сказала я, не отпуская ее взгляда. — Катрин была не человеком. Она была злом, которое украло у меня мою жизнь, которое мучило тебя, Вики, всех нас. А ты — ты оказалась сильнее. Ты напугала ее, она испугалась тебя и вернулась туда, откуда пришла — в свой мир злых духов. Ты не убийца, Мария. Ты герой.

Я смахнула слезу с ее щеки.

— Но Тит накричал на меня, — ее голос задрожал. — Он никогда раньше не кричал…

— Он просто хотел, чтобы ты спряталась. Он испугался за тебя. Мария, он не злился на тебя… Ты ведь видишь, что он не злится?

Я всмотрелась в глаза Марии, и она кивнула.

— Не злится, — повторила она.

— Ты спасла меня. Ты спасла всех нас. И знаешь что? — я улыбнулась, чувствуя, как сама начинаю плакать. — Я тебе очень, очень благодарна. Ты разбудила меня, Мария… именно ты! Если бы ты не напугала злобного духа, она так бы и мучила всех нас. Но ты… Ты такая храбрая… Ты действительно всех нас спасла.

Мария всхлипнула — но теперь слезы текли по ее щекам тихо, без рыданий. Она подалась вперед и прижалась ко мне, уткнулась носом в мое плечо, и я обняла ее, чувствуя, как напряжение постепенно уходит из ее маленького тела.