Онлайн книга «Ивар и Эрика»
|
Свинья похрюкивала, а у ее брюха тесно лежали маленькие поросятки, не отрывая пятачков от сосков. Дядька Мариус смотрел на эту картину с любовью, словно на собственных деток. — Доброго дня. С приплодом! — А, Ивар! Какими судьбами?! Вспомнил про старика! Небось, оголодали там, в городе? Через несколько минут мы уже сидели в доме за столом. Дядька Мариус наливал в стаканы самогонку на троих. Петрус уже хрустел маринованными огурцами. Две женщины в серых платьях, в платках, туго облегавших головы, суетились у стола, выставляя все новые тарелки с едой: дымящаяся пшенная каша, копченая ветчина, вареные яйца, домашняя колбаса, ноздреватый, душистый хлеб большими ломтями нарезал сам Мариус. Выставив закуску и еду, женщины тут же удалились. Тихие и бессловесные как привидения. — Ну, за встречу! Мариус подал мне стакан. Выпили. Закусили, как следует. Мариус разлил по второй. Петрус, к моему удивлению отказался. — Его Дашка воспитала! — со смехом пояснил Мариус. — Хорошая баба — работящая да гладкая. — Да, ладно. — Махнул рукой Петрус. — Мне на станцию надо ехать еще. Поболтайте пока без меня. Он сделал себе здоровенный бутерброд с колбасой и вышел из дома. — Понятливый… Какие новости там, в городе? Как Эрика? Как девчушка? Я рассказал про семью. После второго стакана стало жарко и аппетит прорезался что надо. — Как ты в армию попал? — Не в армию. Служу в департаменте гауляйтера, кручу баранку. Это Петер Кирш меня туда определил. — Большой начальник стал Петер, а? — Большой… — Ты чего-то недоговариваешь. Раз приехал, то давай, рассказывай все на прямоту. Я и вывалил все дядьке Мариусу: про теке, про гетто, про прячущуюся в моем подвале женщину с двумя детьми, про говнюка Готлиба. Только про наш с Петером «бизнес» умолчал. Это ж не моя тайна… — Вон оно как поворачивается! — крякнул Мариус. — Круто, ох круто тевтонцы кашу заваривают! Кому только расхлебывать?! — Помоги мне, Мариус. Приюти Леану с детьми. Ее тут никто не знает. Она же медсестра, в родильном отделении работала… Хорошая баба. Жалко мне их до слез! — Так уж и до слез? — Мариус посмотрел мне в глаза. — Правда, жалеешь… А чего я этим скажу? Нашим из «Кайскирк»? Уже приходили пару раз, теке искали. — Документы Петер сделает, что не теке она, а коренная из Виндобоны. — Ага, документы… Только бьют то не по паспорту, а по морде! — Худые они и бледные, не похожи на теке… Помоги, Мариус, нельзя бабу с детьми бросать на смерть. — Да не уговаривай, помогу, конечно. Вы с Эрикой плохим людям помогать не будете. Чего там! Место найдем. Привози. Только как через посты провезешь? — Об этом не волнуйся. Есть способ. — Это хорошо. А на счет Готлиба поговори с Маркусом. Он его живо построит как надо, этого старого слизняка! — Опасно это… — Все опасно, Ивар. Жить опасно стало и напряжно! Представляешь, явился на прошлой неделе ко мне имперский чиновник с бумагой. Пересчитал всех свинок, всех кур и назначил налог натурой в пользу победоносной тевтонской армии, понимаешь?! План установил, козел безрогий, как ассорские активисты! Хоть самому яйца неси! Я жевал вкуснейшую ветчину и слушал возмущенного налогами дядьку Мариуса. Чтобы я без него делал? Как мне повезло, что я с ним встретился в Виндобоне… Петер сделал документы для Леаны, и я ее с детьми перевез на хутор в том же тайнике, в кузове на следующей неделе. При расставании Эрика и Леана обнявшись, поплакали. |