Книга Ивар и Эрика, страница 19 – Алексей Фирсов

Теке жили закрытыми общинами. Молились своему боги и не смешивались с местным населением. Их боялись и презирали. Им завидовали и их преследовали.

Среди народов континента они были как масло и вода. Масло не смешивается с водой, и стремиться подняться наверх. Так и теке — они, будучи изгоями, прилагали все усилия, чтобы подняться наверх. В сословном обществе путь в элиту — в аристократию им был, конечно, закрыт. Но они становились врачами, аптекарями, астрологами, ростовщиками, банкирами, на худой конец башмачниками и портными. Им не давали обрабатывать землю, что ж они сделались нужными аристократии и поднялись над толпой. Это конечно любви и уважения местных жителей не вызывало.

В чем только не обвиняли теке! В колдовстве и распитии крови украденных младенцах! В поклонениях сатане и мерзких опытах над трупами умерших! Аристократия получала их деньги, но обвиняла именно теке в чрезмерных налогах.

Изгои стали любимым врагом для народов континента. Чужаки, что всегда рядом и на которых можно безнаказанно обрушиться, чтобы отыграться за свои беды и несчастья. Церковь преследовала теке и постоянно пыталась искоренить их веру как ересь, а самих теке окрестить по положенным канонам.

— Это было в темные века, Михаил Петрович.

— Это не изменилось ни на грамм и сейчас, Ивар!

Для многих простых людей-теке — чужак который норовит тебя обмануть и обхитрить и живет за твой счет!

— Вы тоже так думаете?

Старик рассмеялся.

— Не бывает наций дурных либо хороших, Ивар! Бывают дурные либо хорошие люди и их количество в разных нациях, пожалуй, что одинаково. За тысячелетия жизнь во враждебном окружении заставила теке держаться друг за друга и не доверять иноплеменникам. Теперь я начал понимать, в чем дело. Ты узнал что Эрика — теке?

— Да. Причем узнал от нее. Она ужасно обиделась, когда я спросил, не хочет ли она перебраться в Тевтонию.

— Не удивительно, мой мальчик, теке из Тевтонии бегут в последние годы со скоростью ветра. Новое правительство отбирает у них собственность и заставляет жить в изолированных районах в городах, как это было четыреста лет назад при императоре Иммануиле. В наше то время! Всех теке уволили с государственной службы и из рядов армии. Тевтонский великий вождь ненавидит теке просто безумно!

— Выходит, что я болтал обидную чепуху?

— Да, но только по незнанию. Эрика напрасно обиделась на тебя.

— Вы знали, что она теке?

— Знал. Бедная девочка потеряла всю семью восемнадцать лет назад, когда ассорские кавалеристы убивали и грабили всех теке по дороге в своем походе на Славонию.

Теке не блондины, у них черные вьющиеся волосы. Эрика красит волосы, чтобы в Виндобоне сойти за местную.

— Здесь тоже преследуют теке?

— О, нет, Ивар! Виндобона очень лояльная ко всем гражданам страна, но старинные пережитки еще живы в умах людей.

— Михаил Петрович, вы не могли бы поговорит с Эрикой и объяснить ей, что я не хотел ее обижать. Я так мало знаю обо всем окружающем мире…

— Непременно, Ивар и сейчас же!

Старик вышел, а я бездумно листал книгу, что лежала на столе, осмысливая то, что только что узнал.

Михаил Петрович привел Эрику спустя четверть часа.

— Я разъяснил возникшее недоразумение, дети мои! Идите и любите друг друга.

Мы смущенно переглянулись.

— Прости меня, Эрика.