Книга Красные Башмачки, страница 43 – Алексей Фирсов

— Тебе дядюшка Гуго виднее.

— Вот то-то и оно, что виднее! Пацанов рождается больше чем девок-верная примета-быть войне! Вон и герцогиня Дармштадская мальца родила на днях, посмертного наследничка.

Лиз вздрогнула и навострила уши.

— Герцога господь прибрал, а вдовушка его, раз и понесла! А иначе, бездетной ей прямая дорога в монастырь, а герцогство бы перешло к Лимбургским графам.

— Все то ты знаешь, Гуго!

— Об этом зять мой, Хельмут все уши прожужжал. Он в конюхах у герцогини, так им бочку вина выкатили и по десять гульденов всем выдали!

— Всем слугам? Врешь?!

— Истинный крест! Герцогиню такой доброй да ласковой отродясь не видали. Она в железных рукавицах всех держит — ей не бабой, а мужиком надо было родится!

— Так что же ребенок? Где он? — вмешалась в разговор Лиз.

— Известно где — во дворце у нянек и кормилиц в ласковых ручках. Где ж ему быть?

— И на кого он похож?

— Говорят — вылитый покойный герцог!

Лиз вздрогнула.

— Разве герцог умер?

— Умер, как не умереть! Еще по осени! Покалечил его на охоте кабанище лютый. Только по одежде и опознали! В гробу лежал в соборе под кисеей тонкой, чтобы не пугать, значит, родственников ужасным видом!

«Туда ему и дорога, уроду!»

Что убило герцога — чары картины или кабан на охоте Лиз совершенно не интересовало.

Лошадка дядюшки Гуго шла ходко, в повозке было скучно и тряско. Группу всадников появившуюся позади Лиз сразу заметила.

— Урс, смотри!

Проводник чертыхнулся. Они ехали у подножия безлесного холма. Справа пологий склон, слева поле пшеницы. Прятаться негде.

— Сиди смирно. Может, пронесет! Говорить буду я!

Гуго сдернул шапку с головы, обнажив изрядную лысину и свернул повозку на обочину. Всадники миновали повозку, не замедляя коней.

Впереди скакали два хохочущих господина в ярких одеждах. Перья, пристегнутые к беретам, вились на ветру.

За господами скакала свита: конюхи, слуги, егеря и сокольничие. Смех, свист, громкие крики.

Ярко и богато одетые веселые молодые люди с блестящими глазами и развевающимися по ветру волосами.

Пронеслись с грохотом, только пыль клубами. Лиз закрыла глаза рукавом.

— Кто это, Урс?

Вместо Урса ответил Гуго:

— Бароны Раймштейн с охоты едут. Чтоб их!

Лиз вздрогнула и перекрестилась.

Этим уродам не стоит на глаза попадаться!

За холмом дорога шла под гору, и стал, виден город Неймеген.

Башни, городская стена, россыпь крыш и шпили церквей. За городом блестела как рыбья чешуя Рир. Пологий склон покрывали кусты и редкие, молодые деревца. Солнце светило в лицо и не давало, как следует все разглядеть, всю открывающуюся панораму.

— Еще немного осталось.

Гуго нахлобучил шапку и взялся за ручку деревянного тормоза.

— Спасибо, дядюшка, мы здесь сойдем!

— Вроде в город собирались?

— Передумали.

— Хе-хе… дело молодое.

Урс спрыгнул с повозки и подал руку Лиз.

Босые ее ноги погрузились в теплую дорожную пыль.

Урс повесил потертую кожаную сумку на плече. Потянул Лиз за собой с дороги за кусты.

— Почему мы не едем с Гуго до города?

— Люди Раймштайнов к нам приглядывались — не стоит рисковать.

Далеко они не ушли. Забрались под кусты бузины. Отсюда было хорошо видно дорогу и удаляющуюся повозку дядюшки Гуго.

— Если не хочешь рисковать — зачем здесь сидеть?

— Хочу убедиться, — буркнул Урс. — Ага, вот и они!