Онлайн книга «Красные Башмачки»
|
Только компенсацию за изнасилование получил мастер Шульц, авансом, а ее после забавы продали Гюнтеру, в «веселый дом». Вот только мастеру Шульцу деньги впрок не пошли. Через полгода Лиз случайно узнала, что мастера и его жену зарезали ночью в постели. Убийца не был найден. Лиз на всю жизнь запомнила свое ужасное пробуждение в замке Раймштейн на грязных простынях, в крови и семени, в синяках… Братья вернулись следующей ночью, теперь уже Лиз не пила и не ела ничего, так что второй раз ее насиловали не спящей… Им нравилось ломать сопротивление, нравилось доставлять боль. Крики девушки их забавляли… Уже оказавшись в «веселом доме» Лиз услышала, что братья Раймштейн все же нарвались. Так бывает всегда — тот, кто идет по жизни нагло и напористо, в конце концов, встречает достойного противника, еще более наглого и напористого. Братья позабавились вечерней порой с монахиней из монастыря Святой Бригитты, а потом удавили и сбросили тело в Рир. Тело далеко не уплыло, прибилось к камышам в трех милях ниже по течению. Монахиня оказалась урожденной Торн, из семьи вассалов герцога Дармштадского. Семья подала жалобу своему сюзерену. Нашлись свидетели. Епископ выплатил крупную сумму семейству Торн, а племянников быстренько удалил в Италику, замаливать грехи. А вот теперь они вернулись, спустя два года. Лиз не сомневалась, что эти выродки опять возьмутся за старое. Только теперь будут осторожнее… Марко будет рисовать эти мерзкие рожи! Лиз чистила морковь и волновалась за своего возлюбленного. В мужеложстве бароны Раймштейн не были замечены, но нрав их был крут. Могли затравить простолюдина собаками просто так, для забавы! Марко вернулся к вечеру. Хромал он еще сильнее и Лиз поставила ему компресс. Юноша устало откинулся на подушки. — Ты будешь рисовать баронов Раймштейн? — Двести пятьдесят гульденов мне не помешают! — Мэтр говорил про пятьсот! — Верно, но половина идет мэтру. Я же только подмастерье, а картину мэтр отметит своим именем. — Ты будешь все рисовать, а деньги пополам. Это не кажется мне справедливым. Марко поманил Лиз к себе. Прошептал на ухо. — Мэтр всего несколькими мазками превратит мою поделку в истинное искусство. У него есть дар, настоящий дар, чудесный. Лиз вспомнила про незаконченную картину с сияющим городом счастья на холме и прикусила язык. Кто она такая чтобы поносить великого мастера?! — Когда ты начнешь? — Сегодня. — Тебе надо отдохнуть, поберечь ногу. — Я буду рисовать сидя. — Можно я приду в мастерскую? — Я буду только рад. Марко взял руку Лиз в свою и поцеловал в ладонь. Этот поцелуй ее взволновал. Вот только Марко жил в комнате вместе с Лоренцо и уединиться им здесь не получится. — Они очень плохие люди! — Бароны Раймштейн? — Да, они насильники и убийцы! — С первого взгляда такого не скажешь. Ты про них что-то знаешь? Лиз села на постель и рассказала все о себе и баронах Раймштейн без утайки. Темные глаза Марко стали еще темнее. Его рука погладила плечо девушки. — Бедная моя… Лиз прикусила губу, чтобы не расплакаться. Когда на улице стемнело, и дом начал затихать, Лиз прихватив подсвечник со свечой прошла на цыпочках в мастерскую. Марко сидел у мольберта на высоком табурете, свинцовым карандашом набрасывал фигуры. Огоньки на толстых свечах дергались от его быстрых движений. По стенам и потолку бежали ломаные тени. |