Книга Люди и Демиурги, страница 173 – Алексей Фирсов

Ник лежал на мягком полу, смотрел тупо в потолок. Медленные как жернова крутились мысли в голове.

Наутро за Ником пришли двое конвоиров, связали руки за спиной и повели по серым низким коридорам. Через несколько минут Ник оказался у высоких по грудь металлических перил.

Конвоиры крепко держали его за руки.

За перилами вниз открывался провал-крестообразная дыра в обшивке. Далеко внизу поблескивали мелкой чешуей морские воды.

«Мы летим над морем. Зачем меня привели сюда? »

Напротив провала находился ангар для самолетов. Небольшие летательные аппараты с пропеллерами висели на балках. Ник насчитал десяток.

На другой стороне от провала у перил выстроились цепочкой военные в синих мундирах. Нику показалось что он узнал адмирала Степпора.

У края провала, огражденного также перилами, но со стороны самолетов неподвижно стояли три военных. Барабанщик и два офицера судя по бляхам на груди.

К Нику приблизился лейтенант Вэнс. На голове берет с кокардой, на кожаном коричневом поясе кобура на правом боку.

— Зачем я здесь?

— По вашей просьбе.

— По моей? !

Загрохотал барабан.

Из проема двери на помост к провалу вышли трое.

Два конвоира с винтовками и между ними женщина в мешковатом комбинезоне со связанными за спиной руками. Ник рванулся к перилам.

— Шилла!

Девушка вскинула голову. Лицо в синяках, разбитые губы опухли, но глаза горят.

До нее всего десять метров, но это больше чем пропасть!

— Молчать, или я прикажу вставить вам кляп! – зашипел Вэнс над ухом.

— Зачем она здесь? !

— Молчать!

Нику тут же в рот воткнули вонючую тряпку чуть ли не до горла. Слезы выступили на глазах. Сквозь мутную пелену Ник смотрел на «шоколадку» , а она смотрела на него снизу вверх.

Вперед вышел офицер с листом бумаги, нудно и монотонно зачитал приговор военного суда.

Шиллу поставили на колени у края провала, там где не было ограждения.

Она смотрела жадно на Ника и улыбалась разбитыми губами. Второй офицер вышел вперед с пистолетом в руке и выстрелил ей сзади в затылок.

Шилла упала вниз в провал, уносясь к морским водам и превращаясь в черную точку.

Ник зажмурил глаза.

Его волокли прочь конвоиры, а он все повторял мысленно:

«Этого не может быть!  Это неправда! »

Ризи привели вечером, после выдачи еды. Ее даже не привели, а приволокли. Она еле стояла на ногах.

Ник подхватил в объятия, падающую девушку, закричал в лязгнувшую дверь:

— Что вы с ней сделали ублюдки? !

Уложив стонущую жалобно Ризи на мягкий пол, Ник с ужасом увидел разбитую в кровь правую щеку, потеки крови над ухом, запекшиеся в волосах.

— Где больно, милая, где?

Ризи открыла глаза , вцепилась в руку мужа.

В больших синих глазах ужас. Даже слезы затопившие их не смогли смыть страха.

— Я здесь, я с тобой!

— Не отдавай меня, Ник. . . не отдавай. . .

Она тихо плакала. Ник взяв осторожно ее левую руку, задохнулся, увидев что ногтей на пальцах нет.

Ризи умерла под утром на руках Ника. Всю ночь она провела в полубреду, металась голова в ореоле золотых волос. Ее избили жестоко и умело. Огромные гематомы на груди и животе. . . . черно-синими пятнами. . . Ризи не давала к ним притронуться. . .

Ник беззвучно плакал, положив голову Ризи на колени. Он гладил ее по волосам, перебирал золотистые пряди. Вспоминал как первый раз ее увидел на берегу реки в стране жевунов. . . про путешествие с нею по дороге рыжего кирпича. . . про счастливый год с нею, прожитый в Москве и Тимкино. . .