Книга У нас в Заримании, страница 134 – Алексей Фирсов

Он прошелся до угла, пытаясь вспомнить дом.

Вроде третий или четвертый справа…

Разглядывая двери и фасады, Николай шел не спеша и в тишине скрип двери за спиной показался оглушительным.

Мгновенно развернувшись на месте, он схватился за рукоятку кинжала на поясе.

На мостовую выступила женщина, закутанная в шаль с фонарем в руке. Из приоткрытой двери на улицу повалил клубами пар.

— Господин кого-то ищет?

— Марта?

— Магда, господин. — Спокойно уточнила женщина.

Николай подошел ближе.

— Степа у тебя?

— У меня, заходите.

Николай вошел в дом и в глубине комнаты у чана с дымящейся водой увидел нахохлившегося как мерзлая ворона Степу. Руки в карманах. Морда бледная…

— Привет, братан! Чего пришел?

— А ты не догадываешься?

— Какие еще догадки на…?!Бросил ты меня у этого… кровопийцы! Он у меня всю кровь через…!

Николай шагнул вперед.

Сзади захлопнулась дверь, отрезая сквозняк и холод.

— Ты был в глинтвейной сегодня?

— Чо я там забыл в этой… дыре? У меня и бабла столько нет чтобы там ……!Эт ты у нас богатый Буратин!

— Не темни, Степа.

— Не был я ни в какой глинтвейной! — крикнул Степа. — Ты чо, не веришь мне?!

— Ты чего руки в карманах держишь?

— А чо, нельзя?

Внезапно возник звон в ушах, и каменный пол бросился в лицо…

… Зверски болела голова. Точнее — затылок.

Не открывая глаз, Николая потрогал голову. Не шишки, не раны…

— Очухался? — осведомился кто-то знакомый.

Открыв глаза, Николай обнаружил себя на полу клетки для преступников. За прутьями стоял сержант Риман.

— Почему я здесь?

Николай сел, держась за голову. Пояса с кинжалом, шапки зимней, теплой куртки на нем не оказалось. По полу сквозило холодом.

— Ты и сам знаешь, Николас.

— Знаю?

— Да. Расскажешь, за что ты убил своего друга Андрея? Ради денег? Из-за женщины?

— Я его не убивал. Я же пришел в глинтвейную после твоих стражников… Альдина же видела убийцу!

— Ну-ну…Расскажешь завтра утром прево обо всем.

— Кто меня оглушил? Почему я здесь?

Риман отвернулся и пошел к выходу, унося с собой фонарь.

— Риман, постой!

От крика голова заболела еще больше. Хлопнула дверь, и лязгнул железный запор.

Николай опустился на пол, привалившись спиной к решетке.

«Глупость, какая… Ничего, Прево все завтра выяснит…Козел-Риман…»

Он невиновен и завтра все разъясниться. Кроме того, он же стражник дома Гарра и он им нужен. Его здесь не оставят.

Кто же убил Андрея? Что случилось в доме прачки Магды?

… Хорошо, что вскоре повозка выбралась на наезженную дорогу и трясти стало меньше. Снизу от пола сквозило. На дне повозки оказалось отверстие, небольшое, только руку просунуть и пахло там неприятно.

«Все ясно, в туалет меня водить не будут!»

Хотелось, есть и пить. Трясясь в темной, жесткой коробке, Маша размышляла о своей дальнейшей судьбе.

Если император Бориден-землянин, может и не так все плохо. Может он типа дяди Федора, только на большом посту? Может быть, удастся к нему в доверие попасть?

Пора определяться со своим местом в Заримании. Давно пора! Быть при дворе императора не так уж и плохо, наверное?

Маша попыталась задремать, но тут послышались глухие крики, звон оружия, повозка остановилась так резко, что девушка кубарем покатилась на пол, больно ушибая правый локоть. Шипя от боли и тихо ругаясь матом, он прислушивалась к звукам боя.