Онлайн книга «У нас в Заримании»
|
«Прощай, Солан!» Сев в меховую уютную норку на санях, Николай помахал девушке, стоящей на краю причала… Йомпроир быстро домчал его до пристани старого города и даже денег не взял. — Уже оплачено той красоткой. Кивнув извозчику, Николай вышел на лед и по скользким ступеням поднялся на набережную. Прохожих и гуляющих было сегодня на порядок меньше чем вчера. Искрился снег и иней на домах. Над трубами дымы струились ровно вверх из-за безветренной погоды. Мороз щипал за нос и норовил наморозить платы инея на ресницах. Может Гарра уже тревогу подняли и ищут его? Николай побрел в старый город. Стражники пропустили его без звука. Пройдя через пустынную, но тщательно вычищенную от снега соборную площадь он приблизился к дому Гарра со смешанными чувствами. Как бы послать этих ребят куда подальше и без вреда для себя? «А если они узнают про Солан?» Сжав зубы, Николай развернулся кругом и поспешил прочь. «Расскажу все Торвину и будь что будет!» 101 … Двое слуг помогли выбраться Маше из каменной ямы и проводили следом за графом наверх в жилые покои цитадели. Конвой он и есть конвой — хорошо, что за руки не хватали. В высокие витражные окна вливался такой яркий свет, что стало больно глазам. Вопреки ожиданиям Маши на столике у камине с потрескивающими березовыми поленьями обед был накрыт только для нее. Граф сидел в кресле поодаль и наблюдал за пленницей. Теперь Маша смогла разглядеть врага как следует. Не старше тридцати лет, стройный шатен с карими глазами и вьющимися до плеч волосами. Черный костюм украшала только золотая цепь с какой-то подвеской на груди. На широком, шитом золотом поясе длинный кинжал в серебристых ножнах. На правой руке крупный перстень с красным камнем. «Симпатичный…и бородка ему идет…» Маша села на низкую табуретку к столу, спиной к окнам и принялась за еду. Голод уничтожил все ее опасения по поводу отравы. Хотели бы убить — убили бы в яме. Жареная курица, яичница с беконом, хрустящие хлебцы, нежная, отварная рыба, засахаренные фрукты дольками и белое вино с ароматом трав. — Прошу вас, не стесняйтесь. Поверьте, голод не улучшает цвет лица и не стройнит фигуру, чтобы об этом не писали в женских журналах, там на Земле. — А вы? — Я не голоден, благодарю вас. Она всему отдала должное. Вина выпила два бокала, старательно делая мелкие глотки, тогда как хотелось выпить залпом. После еды и вина глаза тут же начали слипаться. — Довольны ли вы обедом? — Выше всяких похвал… Маша спрятала зевок ладонью. — Передайте мою благодарность повару… Опять зевок … Маша с трудом таращила глаза. Слуги медленно приблизились с широким, толстым тюфяком в руках. Положили на пол рядом с табуретом. — Для чего это? — Чтобы вы не ушиблись! — весело сообщил граф. — Ушиблась…я? Голова закружилась …Маша охнула. — Чем …вы меня…опоили? — Маковой настойкой. — Сообщил честно имперский граф. — Для облегчения транспортировки. — Ага… «Вот сволочь! А если он меня хочет изнасиловать?! Вот же идиотка!» Маша попыталась встать на ноги, но они отказались ее слушаться. Потеряв равновесие, она без звука рухнула на тюфяк и погрузилась во тьму без снов … — Позовите эльфа! — распорядился граф. … Маша пришла в себя и резко встала, сев на узкой кровати у деревянной стены. Низкий деревянный потолок над головой…Во рту как кошки нагадили, и пахнет сыростью и плесенью. Приглушенный желтый свет от фонаря квадратного на стене. Все покачивается плавно… |