Книга Текила и винтовка, страница 85 – Алексей Фирсов

Пистолет моментально запихнул пленнику в рот носовой платок, чуть ли не до самого горла.

Перевернули в четыре руки пленника на живот и стянули руки веревкой, что лежала поверх монашеской рясы на стуле.

Лаки надавил коленом на поясницу Мигуэля и ткнул пальцем во вторую рясу, висевшую на гвозде у двери.

Еще одна дверь напротив, поменьше.

«Посмотри там!»

Дверь со скрипом распахнулась. Щелкнул выстрел! Другой!

Пистолет попятился к двери, выронив винтовку на пол. Третья пуля ударила его в грудь….Из кладовки с перекошенным лицом выдвинулся голый юноша. Револьвер зажат в двух руках…

Лаки мгновенно сдернул с плеча винтовку и нажал на спуск. Короткая очередь отшвырнула незнакомца обратно в кладовку.

— Сначала собака…потом это… — сообщил, стоя на четвереньках Пистолет. — День не будет удачным, клянусь дерьмом той псины!

— Ты как?

— Нормально, брат…

Пистолет поднялся на ноги, держась за грудь. Остро воняло порохом.

— Броник все удержал…

— Надо уходить!

— Поздно теперь….Кончаем этого парня и занимаем глухую оборону.

Пистолет задвинул засов на двери.

Снаружи раздавались глухие крики.

— Весь монастырь пробудился….точняк…Чего ждешь?

— Я передумал его убивать. Интереснее будет послушать его «песни».

— Пара гранат сюда или динамитных шашек и мы трупы….Может твои узкоглазые гоблины прибегут на шум?

— Без моего приказа никто не пошевелиться. Монастыри-табу для всех!

— Ну так вызывай кавалерию, брат! Давно пора отменять все табу!

Пистолет заглянул в кладовку.

— Холодный….Я думал здесь девка, а твой «друг» с пацаном кувыркался?

— С монашиком? Мигуэль, ты голубой?

Пленник в ответ только промычал.

Лаки жал вызов на браслете и все без толку.

Потряс рукой.

— Нет сигнала?

— Это невозможно!

— Тогда в чем дело?!

— Не могу понять!

В дверь ударили чем-то тяжелым.

— Открывайте! Брат Мигуэль, вы живы?!

Лаки поднял винтовку и влепил в дверь, повыше засова короткую очередь.

Что-то тяжело упало за дверью и наступила тишина.

Они отступили к кладовке, затолкав туда пленника, прямо на труп.

Во время. Пробивая дверь, пули вонзались в стену, разбивая штукатурку и поднимаю клуб пыли. Пистолет щурясь от пыли, дал очередь ниже засова.

В ответ вопли боли. Стрелять перестали.

— Давай свою флягу и быстрее!

Пистолет протянул фляжку.

— Ты чего творишь, брат!?

Лаки вернул ему пустую посудину.

Пистолет покрутил пальцем у виска.

— Ты что-самоубийца?

— Я выхожу первым и всех укладываю, а ты следуешь за мной и ведешь Мигуэля. Уходим через трапезную. Как план?

— Тебя прихлопнут как муху!

— Не успеют. Стимулятор ускорит мои реакции. Я буду как молния!

— Дерьмовый план…но другого нет. А ты не рухнешь в судорогах, брат? Дозу принял запредельную.

— У меня организм закаленный. Проверено уже.

Сердце пропустило удар, а потом застучало как пулемет. Защипало кончик языка.

«Это что-то новенькое…»

— Н-у — и г-д-е т-ы з-а-к-а л-я-л-с-с-я?

Лаки старался двигаться плавно. Повесил винтовку на грудь, взял в руку ворчер.

Дошел до двери, покосился на Пистолета.

Пистолет открыв рот смотрел на то место, где Лаки был мгновением ранее.

Стимулятор ПККБ опять действовал как надо.

Плавно, медленно отодвинул засов, осторожно, чтобы не вывихнуть руку, потянул дверь на себя.

На площадке перед дверью лужа крови. На ступенях наверху и внизу люди в коричневых сутанах с винтовками в руках.