Книга Текила и винтовка, страница 112 – Алексей Фирсов

— Где поставить подпись, сеньор? — пискнула похожая на печальную крысу донна Вальяно.

Прижимая к груди кейсы с валютой акционеры рысью помчались по пыльной дороге прочь от страшного места.

Когда они исчезли из виду, Лаки приблизился к телам расстрелянных. Снял скотч со рта Мигуэля. Тот закряхтел и открыл глаза.

— Понравился расстрел? — спросил Лаки.

Главарь мятежников громко и четко послал сеньора диктатора по матери.

— Пунг, снимите с них бронежилеты и обратно в контейнер!

Сестра Мария плакала и мычала сквозь наклейку.

Слушать ее вопли Лаки не было охоты.

— На всех митингах кричали что готовы умереть за революцию и народ, а что на деле, сеньоры?

«Если потребуется- я их буду расстреливать каждый день…»

Система регистрации и опознавания лиц, внедренная в Санта-Монике дала свои плоды. Жаклин обнаружила среди возвращающихся в город беженцев людей Хоакина.(Не зря же Лаки летал в свое время на флайере на горный перевал. Тогда и было сделано видео приближенных монаха-революционера миниатюрными камерами).

Молодой и цепкий капитан Санчес, новый полицейский комиссар Санта-Моники, назначенный из перспективных парней Хуареса, молниеносно провел аресты и опознания.

Революционеры не долго запирались и выдали место где скрывался Хоакина. В неприметной деревушке рядом с городом, у моря две роты лутангийцев и гвардейцев после короткого боя захватили «мясника Санта-Моники».

Его доставили на флайере в Сан-Педро и лично Хуарес взялся за допрос.

В новостях по тиви об этом тут же выдали репортаж.

Через пару дней десант с флайеров высадился во всех ключевых точках, накрыв головорезов Хоакина тепленькими. Было взято несколько сотен пленных, захвачено оружие и боеприпасы.

Телевидение захлебывалось от восторга, осыпая синьора диктатора похвалой и прославлениями. Журналисты брали интервью у пеонов и горожан. Люди косноязычно расхваливали сеньора диктатора, испуганно таращась на камеру.

Наконец-то проявил себя сеньор Гомес.

Связался через браслет и поздравил с крупным успехом.

— Через неделю открытие ассамблеи. Полагаю вы почтите нас своим присутствием, сеньор Раски?

— Неприменно. Мне есть что сообщить уважаемому собранию.

Доны съезжались в Сан-Мигель. Акционеры, бывшие хозяева консорциума, тоже туда укатили.

Хунта теперь собиралась в университете на террасе ресторана каждый вечер.

Господа нервничали. Лаки слушал их перебранки и улыбался.

Лора подошла к нему с чашкой кофе и взяла под руку.

— Может хватит изображать идиота, дорогой Мартин? Ты нас всех сводишь с ума. Что ты придумал? Не думаю, что ты готов уступить власть господам из Сан-Мигеля. Только не после всего пережитого!

— Ты готова меня поддержать во всем?

— Еще бы! Но в чем конкретно?

— Вы все узнаете в свое время.

— Тебе нравится над нами издеваться?!

— Иначе не получится сюрприз.

— Ну ты и мерзавец!

— И при этом очень коварный!

— Мартин! Но хоть намекни одним словечком?

— Как только подойдет время.

— Осталось пять дней! Всего пять дней!

— Пять дней-огромный срок.

За день до начала ассамблеи сводка срочных новостей прервала показ очередного сериала про горничную, ставшую миллионершей.

С тревогой в голосе Ева Пикур сообщила гражданам Сабины что со строительства железной дороги совершен массовый побег заключенных. Национальная гвардия в конном строю брошена на поиски беглецов. За каждого пойманного обещана награда в тысячу галактов.