Книга Жених из Академии магии, страница 134 – Марина Халкиди

Почему-то отца сегодня я не ожидала увидеть. Поискала глазами часы, чтобы узнать который сейчас час. Еще не было и полуночи.

— Как Рэм?

— Родрик приказал не мешать ему. А это хороший знак. - Отец присел в кресло напротив меня. И я увидела, как он устал и вымотался. Непростые это были недели для него. А тут и я прибавила ему волнений и забот. Да еще мои слова, что я никогда не прощу его, если Рэм не выживет. - Я давно знаю его. И если он согласился помочь, значит, верит в успех.

— Надеюсь, что это так, - прошептала я и вскарабкалась с ногами в кресло, совсем как в детстве, когда отец занимался делами, а я устраивалась в его кабинете и читала какую-нибудь книгу.

Черты его лица смягчились, и судя по легкой улыбке, он тоже вспомнил те дни. Но уже в следующую секунду он нахмурился.

— Ты хоть представляешь, что говорит закон о твоих действиях в последние сутки?

Улыбнулась и посмотрела на потолок. Где-то там находился сейчас Рэм, и его сердце продолжало биться. А это сейчас главное. А потом я посмотрела на отца, продолжая улыбаться.

— Ты заставил меня выучить свод законов еще много лет назад.

— Рассказывай, - приказал отец.

Вздохнула. А потом, прикрыв на мгновение глаза, приступила к самому рассказу. О том, как встретила свою мать и о нашем разговоре по душам. Я не стала ничего утаивать, как не стала и озвучивать свое отношение к тому, о чем она поведала – о видящих, о погибшей принцессе и о ее наследнице. А главное о ее предложении. Жизнь Рэма в обмен на жизнь принцессы.

— И когда ты приняла решение? - прервал меня отец.

— Почти сразу же… только не знала, как все провернуть.

— И она поверила тебе?

— Главное правильно было формулировать свои обещания, - усмехнулась я. - А я пообещала ей, что она услышит о смерти принцессы. И она услышала.

— Вместе со всей столицей, - напомнил отец.

— По-другому она бы не поверила, что я выполнила свою часть сделки.

Отец фыркнул, а потом покачал головой, будто не ожидал от меня подобных действий.

А я подумала о том, как вчера вернулась в академию. Убить принцессу? Нет, она уже давно перестала быть безликой дочерью короля, которая была мне безразлична. Спасти Рэма, предав Нарину, я не собиралась, да и не могла.

К тому же Рэм никогда, вопреки моим словам, сказанными Долетти, не поверил бы в чудо исцеления и не простил бы меня. Поэтому мне надо было сделать так, чтобы все, в том числе и преподаватели в академии и стража, поверили в то, что принцесса мертва. Но как это сделать я не знала, поэтому решила рискнуть. Ведь отцу я не могла ничего рассказать, по крайней мере заранее, поэтому решила довериться своим друзьям – Софи, Нарине, Мереку, де Кромвилю, Лиаму и Шонеру. Шестеро друзей за прошедшие недели – неплохой результат. И ведь никто из них не отказался от помощи. Даже Нарина, хотя Мерек и утверждал, что никогда не использовал подобное заклятие и боится по-настоящему убить ее. Правда на эти слова все отмахнулись. Может парню и не хватало уверенности из-за родных, которые с детства твердили ему, что магия зло, и наказывали его за каждое проявление силы, но он был прирожденным магом, а они на уровне инстинктов чувствовали магию – особенно ту, что относилась к смерти. Хотя по сути, принцесса и не умирала. Хотя ее сердце и не билось. И даже целители из академии не могли заподозрить, что она была живая. Это заклятие длилось несколько часов. А больше мне было и не надо. Рыжая устроила переполох в академии, после чего оставалась рядом с Нариной приглядывать за ней. Лиам тем временем шепнул несколько фраз уличным мальчишкам и нищим. И за несколько монет они с согласились разнести новость о смерти принцессы, тем более, что переполох внутри академии не оставлял сомнений, что слух не лжив. А вот аттракционы я тоже выбрала не случайно. Я не хотела, чтобы кто-нибудь из невинных людей пострадал. А Шонер как-то упомянул в разговоре о том, что его мать по рождению Каманджи. И он хорошо знаком со всеми своими родичами по материнской линии. Поэтому сегодня на аттракционе почти и не было посетителей. И в нужный момент Андреа Каманджи – глава семьи – набросили купол против портации, а остальные его родичи обеспечили безопасность обычных посетителей.