Книга Попаданка - деликатес для демонов, страница 148 – Марина Халкиди

— Отчего же, теперь даже мне интересно, что обо мне болтают в Академии.

Ректор распахнул двери и жестом пригласил меня войти первой.

Ладно, если ему интересно, что о нем говорят, то вспомнила искреннее восхищение студентов. И о том, как изменилась Академия под его руководством. Главное не думать о том, что рассказал Велар.

— Думаете, мне неприятны мысли о моей матери? Напрасно, это дело прошлое. Да я и не знал ее, чтобы факт ее отсутствия вызывал хоть какие-то эмоции.

Так, я лучше осмотрюсь в этом кабинете. А то все закончится тем, что я начну сквернословить в адрес этой матери-кукушки. А у кого-то и впрямь пунктик на этом. И за сквернословие в Академии наказывали не только студентов, но и преподавателей. Конечно, не так как двадцать лет назад, но вот заставить чистить конюшню или мыть полы в течение недели запросто. Это, конечно, было наказанием для студентов. А вот преподавателей могли отправить в какую-нибудь командировку или наградить дополнительными занятиями. Мои мысли вновь заставили ректора улыбнуться.

— А знаете, у вас с моей матерью есть кое-что общее.

Очень сомневаюсь, я бы точно не бросила своего ребенка.

— Не бросили бы, — согласился он. — Но вот она тоже была попаданкой.

— Из моего мира? — недоверчиво уточнила я.

Ректор рассмеялся и покачал головой.

— Точно не из вашего. Из другого мира…так что она никогда и не скрывала желания вернуться обратно.

— А разве это возможно, лар Дерьяр сказала, что порталы между мирами открываются хаотично.

— Так оно и есть. Правда, как выяснилось, ведьмы владеют довольно любопытным артефактом. Кто знает, может, существуют и другие артефакты… Хотя, скорее всего она просто сбежала в первый же открывшийся проход, даже зная, что он и не приведет ее домой.

Все-таки мне ее было не понять. Впрочем, кто знает, в свете той информации что она была попаданкой, может, у нее и в том мире была уже семья и дети. Поэтому она и решила рискнуть.

— Все может быть… Присаживайтесь на диван.

Хм…если кабинет ректора в Академии был роскошным, видимо, положение обязывало, то здесь все было простым, без излишней помпезности и кричащей роскоши. Покосилась на стол. Кто знает, может, и он мог отрастить себе зубы, так что отсела подальше от него.

— Здесь мебель не кусается.

Ректор взял кресло и присел напротив меня.

— Каждый символ на вашем теле, а к концу обучения, поверьте, вы еще обзаведетесь не одним, должен подчиняться вам. Можете, конечно, с ними беседовать, если они у вас столь самостоятельные. Но последнее слово всегда за вами.

Я только за, вот только как это им объяснить, что глаз во лбу смотрится не комильфо. Да и остальные символы, кто знает, может решат завтра станцевать джигу и на более укромных местах.

— Подозреваю, что вам это будет сложно сделать, но постарайтесь не думать хотя бы несколько минут.

Если у меня мысленное извержение это еще не значит, что я болтушка…

— Кхм…

Вздохнула. Наверное, поэтому и медитация не мое, невозможно выбросить мысли из головы, если они все время копошатся там как черви. И я не специально все время думаю.

— Ладно. Сделаем тогда по-другому.

Я не успела спросить как, ведь в следующую секунду ректор наклонился, и, прежде чем я поняла, что он собирается сделать, он поцеловал меня. И это был не чмок — привет я рад тебя видеть, нет, это скорее была шоковая терапия, так как я и впрямь перестала думать. На время пока длился поцелуй, да и потом мысли не желали формироваться во фразы.