Книга Повелительница дракона. Книга 3, страница 68 – Марина Халкиди

— Принеси лампу! — приказал Дертен.

Эль старалась не смотреть на Калида и не обращать внимание на боль. Лицо онемело, губы припухли. Кажется, бугай-дрейфус наградил ее сломанным ребром и сотрясением мозга.

— Сними кандалы, — тихо сказала Эльвира.

— Ты принесешь мне лампу, иначе я прикажу своих воинам нашпиговать твоего дракона стрелами.

— Но ваше величество, — пропищал Рартон. — Я столько сделал, чтобы вы…

— Вот и молчи, если желаешь собственными глазами увидеть падение Магестерии.

Эль опустила взгляд, ее плечи поникли. Но от зоркого взгляда девушки не ускользнул ни один символ, начерченный на камнях. Дертен был глупцом. Он все еще считал ее человеком, живущим благодаря сердцу дракона. Но на заповедных землях, связь между ней и Калидом не действовала. И если один будет убит, то другой сохранит жизнь. К тому же что-то изменилось с их связью, как только Эль пересекла снежный вихрь. И теперь Эльвира сомневалась, что она вернется, даже когда они окажутся в Таре.

Древние символы и забытый язык оживали в ее памяти. Изидор желал сохранить лампу в тайне от представителей всех рас Изолеры. Но все же он не мог уничтожить лампу или же вернуть ее в мир демонов, где она была создана. В глазах Эльвиры мелькнуло понимание.

— Что ты медлишь, поторопись! — прошипела колдунья.

Эльвира подняла взгляд и посмотрела в глаза Шеллы, ведьма не обманула ее, да, частично солгала, но ее видения и впрямь были правдой. Лампе не было место в Изолере. Дертен останется королем Дар Тана, но и это не вечно. В честном бою или в результате предательского удара он будет убит.

— Очисти разум, — напомнила Шелла.

Эль улыбнулась Лару и Селению, которые защищали друга: девушка могла положиться на них. Странно, но она не чувствовала даже страха, только сожаление, что у нее так и не было шанса объясниться с Калидом, хотя он скорее всего и так все понял. Не одобрил, не принял, но понял. Пожертвовать собственной жизнью ради спасения целого мира, ради друзей и семьи. Это была маленькая плата.

— Прости меня.

— Как трогательно, — фыркнул Дертен, — но возьми наконец эту лампу!

Эль и Калид, которые смотрели в глаза друг друга, пытаясь за двумя словами прочесть все, что осталось несказанным, едва обратили внимание на окрик темного дракона.

Эльвира медлила. Она не хотела уйти, не сказав главных слов. Но никак не могла их подобрать. «Я люблю тебя», — обыденно. Калид и так знал об этом. И как сказал некогда барон Мюнхазен в фильме: «не то».

Перед глазами пронеслась сцена в таверне, даже не верилось, что прошло всего две недели.

— Во всех мирах, — напомнила Эльвира.

Калид непонимающе приподнял брови, но Эль уже отвернулась и больше не раздумывая ни минуты взяла лампу.

Легкое сияние охватило помост, когда пальцы Эль прикоснулись к лампе. Вспышка пламени осветила плато, а когда свет рассеялся, то помост оказался пуст. Эль и лампа исчезли…

Эль и лампа исчезли…И в тот же миг раздался крик Рартона. Старик неуклюже всплеснул руками, на его губах выступила кровавая пена, а из груди торчало лезвие кинжала. Шелла потянула рукоять на себя, и безвольное тело мага упало у ее ног.

— Ты проиграл Дертен, — сообщила Шелла. — Лампа вернулась в мир демонов.

Король драконов разглядывал пустой постамент. В руках Ортона остались остатки цепи.