Онлайн книга «Баронесса де Крейс»
|
И накануне я решилась на разговор с ней. Я открыла ей правду, которую когда-то поведал мне Уоррен. Марго была ему только единоутробной сестрой, отцы у них были разные, и она не имела никаких прав на замок и титул. Я обещала мужу никогда и никому не открывать эту истину, но мне хотелось проложить мостик между мной и Марго. Она не была похожа на Уоррена и все же в ее чертах я видела мужа. Даже не в чертах, а в жестах и привычках. Она предложила начать все сначала, попытаться нам стать сестрами, чему я только обрадовалась. Но вот послание от отца заставило меня вновь обеспокоиться. Он мог использовать свою власть и влияние, чтобы вернуть меня. И защиту я могла искать только у Марго. Но… я не побежала к ней с этим посланием, к сожалению, сегодня барон Феракс поставил ей ультиматум — или она примет его предложение или… И об этом или я боялась даже подумать. Эта ночь как и предыдущие шестьдесят ночей не принесла мне покоя. Я едва смогла заснуть. И то после того, как Мелани предложила выпить мне травяной чай. Ночью меня мучили кошмары, но утро принесло мне радостное известие — Марго договорилась с северными наемниками, которые разбили лагерь за землями де Крейс, и они обещали нами защиту от барона. Вождя наемников звали Ронан. И мне он показался достойным человеком — прямым, открытым, тем, кто не прятал камня за пазухой. И он так смотрел на Марго, что я поспешила оставить их наедине. Утро встретило нас всех с надеждой, а потом предательство одно за другим обрушилось на всех жителей замка и конечно же на Марго. Ронан был чужаком, с которым я обмолвилась только парой слов, и его предательство удивило, но не ошарашило меня. Чего нельзя было сказать о предательстве Мелани. Я считала ее сестрой. После смерти дяди и Уоррена во всем мире у меня не было никого ближе ее. Но когда она выкрикивала в комнате свои обиды и обвинения, я не верила ни одному ее слову. Не могла она меня так ненавидеть, не могла желать мне зла… Когда-то я научилась принимать родителей такими, какими они были. Ведь я как дочь должны была их почитать и уважать. Хотя в детстве только мой дядя знал меня настоящей и любил не за то, что мог продать меня подороже, а просто так. И узнать о ненависти Мелани было больно. Еще больнее было узнать о том, что она подливала мне настойку в питье, делавшую мое чрево пустым. А затем на меня вновь нашло это затмение. В голове набатом звучало признание о том, как и с кем Уоррен проводил ночи. Возникло такое ощущение — в сердце вонзили кинжал, а затем провернули его, сообщив о девушке, что понесла от него ребенка, которого я так и не смогла ему дать. В себя я пришла, когда Марго увела меня в свою комнату. Она что-то говорила мне, но я даже не слышала ее речь. В какой-то момент я испугалась собственной немоты. Я хотела что-то сказать, ответить ей, но не могла. Я думала самый страшный день в моей жизни — день когда умер Уоррен. Но этот день — бесконечно длинный день, который то подарил надежду, то растоптал все, во что я верила и кого любила, он оказался самым страшным. Узнать правду было страшно. Еще страшнее было за Марго. Пусть мы не стали близки за этот месяц, но я не желала ей ту судьбу, что готовил ей барон Феракс. О себе я старалась не думать. Тем более, Мелани подсказала мне выход, она не смогла прыгнуть со смотровой башни после гибели жениха, но меня ничего не держало в этом мире. И если мне не оставят выбора… я знала — я не испугаюсь смерти. И пусть наши боги не одобряли самоубийства, может, этим прыжком я могла наоборот спасти свою душу. |