Книга Баронесса де Крейс, страница 115 – Марина Халкиди

И все же перед воротами у меня возникли опасения, что сейчас и случится нечто непредвиденное, но вскоре северные ворота и сам город оказались позади нас. И только тогда я выдохнула, осознав, насколько я была напряженна последние часы. И хотя я хотела бы дождаться появления Ронана и остальных северян, я приказала мчать как можно скорее вперед, желая оставить город не просто позади, а так далеко, чтобы никто не успел нас догнать.

Лаура хранила молчание, заметив и мои темные круги под глазами и нервозность, ведь я забываясь то и дело начинала стучать пальцами по обшивке кареты. Но все же спустя время она нарушила тишину:

— Что произошло накануне? Где ты была?

Откинулась удобно на подушки и прикрыла глаза, чтобы выиграть секунды и решить, что мне рассказывать, а что нет.

В результате я не стала говорить о попытке моего похищения, нечего пугать ее, тем более далеко меня не умыкнули и практически сразу же спасли.

— Я навещала свою старую знакомую из обители — Эранию.

— Ты не рассказывала о ней.

Когда, едва не спросила я. И хорошо что не спросила. Ведь время у меня было, да и мы с Лаурой о многом говорили в эти недели. Просто я почти ничего не рассказывала о себе, утверждая что мне и ничего вспомнить, но это было не так.

В этот раз мы покинули основную дорогу, ведь до границы королевства оставалось только сутки пути. И их мы собирались преодолеть завтра, при условии, что сегодня отряд Ронана нас догонит. Но если они отстали, то ждать их даже один лишний час было опасно.

Северяне поставили два шатра. Они не стали разводить костры, так что в течение всего дня мы питались всухомятку. Впрочем, лично у меня вообще не было аппетита, так что я едва погрызла сыр и запила его холодной водой.

Мужчины остались караулить нас снаружи. А вот мы устроились на циновках, причем все впятером. И я неожиданно и для девушек и для самой себя рассмеялась, вспомнив как меня возмутила эта циновка в тот день, когда ночью я пришла в шатер Ронана.

Флавия поерзала, пытаясь устроиться как можно более удобно, но огромный живот ей мешал. И я вновь ощутила укол совести. Не надо было ее тащить на север. Но я была тогда так зла, что сорвалась на ней, ни разу даже не подумав о том, что она тоже была только жертвой, а не хладнокровной убийцей и соблазнительницей чужих мужей.

Мия помогла ей удобно устроиться, подложив ей под спину подушку. А я перевела взгляд на Луцию.

— Эти шрамы, на твоем теле, их оставил твой муж?

Нет, я было подумала, что это ее родители издевались над ней в детстве, но шрамы были свежие, они еще не успели зарубцеваться, так что вывод был только один — муж.

Может, поэтому она и выглядела такой снежной девой и не реагировала на других мужчин, не потому что оплакивала мужа, а потому что боялась повторения издевательств.

В шатре стало тихо. Даже Флавия затихла, а Мия перевела взгляд на лампу, что отбрасывала тени на ткань шатра.

Лаура посмотрела бегло на меня, а потом пересела поближе к Луции.

— Не бойся, — тихо произнесла она, — мы выслушаем тебя и поможем.

Выслушаем — да, это мы сделаем, если она пожелает рассказать нам свою историю. А вот помочь... Каждая из нас в свое время не могла помочь даже самой себе. В том числе и Лаура. Но постепенно и мы менялись.

Луция взгляд не подняла, а просто покачала головой.