Книга Развод с драконом. Я стала хозяйкой запретного леса, страница 119 – Лиссбет Котцова, Маргарита Фуаро

— В пять домов. Три ответили. Один требует доказательств. Один прислал гонца с заражённым перстнем. Перстень изолирован. Гонец жив. Пока.

— Хорошо.

— Это вы называете хорошо?

— Он жив. Значит, хорошо.

Кайран помолчал.

— Я начинаю понимать вашу систему оценок. Она пугает.

— Привыкнете.

Меня довели до лечебни почти торжественно, как раненого полководца, хотя я сопротивлялась словами, но не телом. Рейнара уложили в соседней комнате — подальше от фонтана, но достаточно близко, чтобы я могла его проверять. Северин попытался уйти сразу к карте, но я схватила его за рукав.

— Руку.

— Что?

— Руку. Ты снова раскрыл порез.

— Это мелочь.

— Для меня слово “мелочь” от пациента звучит как вызов.

Он сел.

Молча.

Вот это уже было подозрительно.

Я размотала повязку. Рана на ладони действительно разошлась. Не смертельно, но грязь, кровь, лесная вода — весь набор, который в нормальном мире заставил бы меня читать лекцию о столбняке.

— Болит?

— Терпимо.

— Вы с Матвеем сговорились?

— Что?

— Ненавижу это слово.

Он смотрел на меня, пока я промывала рану. Не на руку. На лицо.

— Что? — спросила я, не поднимая глаз.

— Ты собираешься идти к сердцу Арвенна.

— Да.

— И думаешь, как оставить меня здесь.

Я затянула повязку чуть сильнее, чем нужно.

Он даже не поморщился.

— Я не думаю оставить тебя здесь.

— Врёшь.

— Иногда ты слишком проницателен для собственного здоровья.

— Почему?

Я подняла глаза.

— Потому что Эдвард зовёт тебя. Потому что Чёрная застава может использовать твою кровь. Потому что ты сам не знаешь, где заканчивается твой долг и начинается его ловушка.

Северин тихо сказал:

— Всё верно.

— И ты всё равно хочешь идти.

— Да.

— Почему?

Он посмотрел на перевязанную ладонь.

— Потому что если ты пойдёшь без меня, он всё равно достанет меня через кровь. Только тебя рядом не будет.

Ответ был не красивый.

Не героический.

Практичный.

И потому — почти неуязвимый.

— Ненавижу, когда ты прав, — сказала я.

— Я заметил.

В дверях послышался голос Рейнара:

— Если вы закончили обсуждать очевидное, я тоже иду.

Я медленно повернулась.

Он стоял, держась за косяк.

Бледный. Упрямый. Невыносимый.

За его спиной два корня пытались аккуратно обвить его за пояс и вернуть обратно в постель.

Я посмотрела на корни.

— Держите крепче.

— Ева, — сказал Рейнар.

— Нет.

— Вы ещё не слышали аргументы.

— Я врач. Мне достаточно внешнего вида пациента.

— Мой дом сжёг ворота. Моё пламя помогло их поднять. Моя кровь заражена гнилью Летиции. Эдвард использует драконьи роды как проводники. Если вы пойдёте к сердцу без дракона, который уже прошёл промывание источником, вы потеряете возможность понять, как очистить остальных.

Я молчала.

Очень хотелось, чтобы он сказал глупость.

Он не сказал.

Северин встал рядом.

— Он прав.

Я закрыла глаза.

— Сегодня точно конец света.

— Ева, — тихо сказал Рейнар. — Я не прошу доверия. Я знаю, что не заслужил. Но я могу быть полезен.

И снова.

Не “я защищу”. Не “я заберу”. Не “я приказываю”.

“Могу быть полезен”.

Эволюция пациента за последние сутки была подозрительно быстрой.

— Вы пойдёте только если я разрешу, — сказала я.

— Да.

— На моих условиях.

— Да.

— Если я скажу остановиться…

— Остановлюсь.

— Если скажу уйти…

Он помолчал.

— Постараюсь.

— Неправильный ответ.

— Я учусь честности, а не покорности.