Книга Развод с драконом. Я стала хозяйкой запретного леса, страница 114 – Лиссбет Котцова, Маргарита Фуаро

Летиция рассмеялась где-то в глубине леса.

— Спасибо, доктор. Пока ты спасала армию, мы открыли дорогу к сердцу.

Голос был далеко, но звучал так, будто она стояла у меня за спиной и шептала прямо в ухо.

Северин встал первым.

Он не сказал ни слова, но по тому, как его пальцы легли на рукоять ножа, я поняла: если бы до Летиции можно было дотянуться сейчас, он бы пошёл, даже если бы лес сомкнулся за ним навсегда.

— Нет, — сказала я.

Он повернулся.

— Ты даже не знаешь, что я собирался сделать.

— Знаю. Пойти туда немедленно, потому что ты наследник, потому что Арвенн, потому что долг, кровь, вина и все остальные красивые слова, которыми мужчины обычно прикрывают самоубийство.

Матвей хрипло кашлянул.

Рейнар, лежавший на носилках, слабо усмехнулся:

— Она быстро учится.

— Молчите, — сказала я. — Вы в той же категории.

Рейнар поднял бровь, но промолчал.

Прогресс.

Северин смотрел на меня тяжело.

— Второй зов уже начался.

— Что это значит?

Он посмотрел на восток.

Там, за деревьями, небо над Глухолесьем темнело. Не как перед грозой. Иначе. Словно кто-то налил чернила под облака, и они растекались по свету, медленно пожирая день.

— Первый зов пробуждает память, — сказал Северин. — Второй зов будит тех, кто связан с кровью. Наследников, должников, тех, кто когда-то давал клятвы Арвенну. Они услышат.

— Кто?

— Все.

Слово было коротким.

И очень плохим.

Матвей тяжело поднялся, прижимая почерневшую древесную руку к груди.

— Жители застав. Те, кто спит в Серой. Больные у источника. Драконы, чья кровь уже заражена. Может, даже солдаты за воротами.

Я резко посмотрела на Корневые ворота.

По ту сторону армии почти не было слышно, но я знала: там лежали больные. Там только что спасли Ильтара. Там люди ещё не успели понять, что им повезло выжить, а новый удар уже шёл по их слабым местам.

— Зов может пройти через болезнь, — сказала я.

Северин кивнул.

— Да.

— Значит, все заражённые услышат Эдварда.

— Да.

Я закрыла глаза.

В голове начала собираться схема.

Не мистическая.

Эпидемиологическая.

Гниль — не просто инфекция. Она была сетью. Каждый заражённый — узел. Каждый артефакт — проводник. Каждый источник — усилитель. А второй зов короля был не криком.

Это была команда по сети.

— Он активирует всех носителей, — сказала я.

Рейнар открыл глаза.

— Что?

— Всех, в ком есть гниль. Всех, кто связан с заражёнными предметами. Всех, кто слышал голоса. Он пытается заставить их идти к сердцу Арвенна.

Матвей побледнел.

— Дети…

— Первая застава держит якорь, — сказала я быстро. — Пока держит. Но если зов усилится…

Я не договорила.

Потому что Корневые ворота вздрогнули.

За ними, со стороны армии, раздался крик.

Потом второй.

Потом рёв дракона — Ильтара. Слабый, но полный ужаса.

— Окно, — сказала я воротам. — Быстро.

Северин резко:

— Ты не выдержишь.

— Я не открываю проход. Только слушаю.

В воротах появилась узкая щель.

С той стороны царил хаос.

Лагерь, который только начал выстраиваться в карантинные зоны, снова рассыпался. Солдаты хватались за головы. Двое больных пытались встать и идти к лесу. Алана, лекарка, повисла на одном из них, крича ему имя. Генерал Орвальд удерживал второго вместе с солдатами.

Ильтар бил хвостом по земле, но не вставал. Его золотые глаза были широко раскрыты. Он смотрел не на ворота.