Книга Школа. Никому не говори. Том 3, страница 42 – Руфия Липа

Женщина поправила тёмно-русые волосы и с любопытством стала рассматривать ученика. Лицо парня приняло самое что ни есть очаровательное выражение детской невинности. Чёрные пушистые ресницы мило подрагивали, на губах заиграла нежная улыбка.

— Нет-нет, тебя одного достаточно! Знаешь, я сорвалась, понимаю. Просто столько всего навалилось! Мне нужна эта работа: денег нет, муж ни гроша не зарабатывает, дома дочка, которую кормить и одевать надо. Я за неё так переживаю!

— Сколько лет Вашей дочке? – простодушно поинтересовался Сэро, сердечно заглядывая молодой учительнице в глаза.

— Четыре годика. Свекровь изводит претензиями, вечно на мозг капает! – Алина Мстиславовна, видя искреннее расположение старшеклассника, решила пооткровенничать.

— Сочувствую! Не желаете от ведьмы съехать куда подальше? – брюнет присел на край парты, небрежно спустив с плеча рюкзак.

— Ах-ах, куда мне?!.. Своего жилья-то нет!

«Жилья нет, дома грызут, ребёнок малый на руках, денег кот наплакал, а работой раскидываешься! Ври больше, – подумал подросток. – Или ты дура, или прикидываешься».

— Как всё сложно в Вашей жизни! А ещё уволиться хотели, едва в школу устроившись. Вам работа нужна, как рыбам – водица. Свекровь бы также стоило поменять, а заодно и мужа.

Англичанка не заметила ехидства, приняв его за чуткость и внимание. Лишь, смутившись, чуть покраснела.

— Не переживайте, Алина Мстиславовна! Я о нашем разговоре никому не скажу. Будет наш с Вами секрет. Правда, теперь за Вас волнуюсь. Как думаете разбираться со всем этим?

— Тебя позову! Будешь спасать меня от всяких монстров! – рассмеялась женщина. – Как тебя, кстати, зовут? А то я сегодня первый раз ваш класс увидела, запомнить не успела.

— Сэро меня зовут. Вы мои имя и фамилию на уроке, пока ругались, раз семь повторили. Крепко же я Вас расстроил: от нервов всё из головы вылетело! – с лёгкой иронией, чуть улыбнувшись, ответил парень. – У Вас пуговица на груди расстегнулась.

— О как! – педагог опустила взгляд на блузу и застегнулась. – Смущает?

— Меня – нет. А Вас?..

Повисло неловкое молчание.

— Некому тебя, Сэро, перевоспитать! Урок сорвал, даже не дав начать, а класс тебя поддержал. Другие педагоги в учительской много всего о тебе разболтали! Говорят, мозговитый, а учиться не хочешь. Мол, молодо да зелено! Ветер в голове гуляет. – Женщина сделала шаг вперёд и наклонилась к сидевшему на краю парты Ибрагимову. – Юношеский максимализм и подростковый возраст налицо. Считаю, что кто-нибудь из взрослых обязан взять тебя под патронаж. Провести воспитательно-профилактическую работу, так сказать!

Повеса мельком глянул на руку англичанки, едва скользнувшую по его джинсам вниз, к коленке. Кончики его губ едва дрогнули в предвкушении необычной забавы.

— Так рискните, Алина Мстиславовна! Попробуйте. Может, буду признателен. Может, в английский даже влюблюсь. Давно уже хотел, только не нашёл в школе ни одного стоящего педагога. Но быть послушным и жадным до знаний не обещаю, – школьник подкупающе улыбнулся. – Если потребуется, можете даже со мной посекретничать, как с близкой подружкой. Ах да, забыл: яблочко хотите? Красное, сочное, сладкое! Как раз для Вас. Красное – от слова «красивый», так ведь?

— Ух ты, какие познания! – рассмеялась Алина Мстиславовна, поправив волосы. – Давай сюда! Какое красивое! Глянь-ка, не обманул! Так и быть – буду тебя воспитывать. Жду на индивидуальные занятия после уроков – и попробуй только прогулять!