Книга Школа. Никому не говори. Том 1, страница 75 – Руфия Липа

Библиотекарь подняла голову, приняла прочитанные книги. Люба побрела вглубь стеллажей выбрать что-нибудь свеженькое. Больше трёх книг брать на дом не разрешали – обидно. Поспелова читала быстро, запоем. Могла всю ночь не спать: так погружалась в текст.

Книги для Поспеловой были наркотиком, опиумом. Всего лишь бумага с напечатанными знаками, но девочка, читая, видела другие миры. Сцены менялись, а Люба дышала, страдала, любила и переживала вместе с героями. Содержимое книги прошивало насквозь душу тихони, оставляя отпечаток на её мировоззрении, взглядах и мечтах.

Прижав новое чтиво к груди, Поспелова побрела в читальный зал.

Паша, услышав шаги, поднял голову и радостно улыбнулся. Люба засияла в ответ. Зал оказался пуст: кроме неё, Павлика да библиотекаря, никого не было. Тихоня подсела к подвинувшемуся мальчику.

— Я боялся, что ты не придёшь.

— Ты что, я же пообещала! Рюкзак только домой забросила. Что читаешь? – десятиклассница наклонилась над его половиной стола, прикусив губу от любопытства.

Овчинников взял несколько энциклопедий о космосе и толстый журнал с красивыми яркими рисунками.

— Что это?

— Комикс. Один на весь город. Даже в районной библиотеке нет – проверено!

— Можно?

— Конечно!

— «Сага о лесных всадниках». – Школьница восхищённо разглядывала красочную обложку. – Красиво нарисовано… Тяжёлая!

— Если хочешь, бери… Рад тебя видеть, – сверстник улыбнулся. Тонкие губы обнажили неровные белые зубы с выступающими клычками.

Было в Паше что-то для Поспеловой родное, знакомое, открытое. То, чему начинаешь доверять сразу весь, без остатка. И это было взаимно. Родные души, что ли… Подростки, легко нашедшие о чём болтать в прошлые встречи, в читальном зале пустой библиотеки легко и непринуждённо нашли о чём молчать. И было обоим в этом молчании так же славно и уютно, как и в безудержной трескотне.

Вышли школьники из здания, только когда оно закрылось. Позади хлопнула, прощаясь, библиотечная входная дверь.

— Ты, Паш, наверное, отличник? – робко поинтересовалась тихоня.

— Нет, троечник, – равнодушно ответил блондин. – В тройбанах несколько итоговых в аттестате.

— Странно, – изумилась девочка. – Ты умный и читаешь много!

— Я не гонюсь за оценками. Лень. Мама никогда не требовала от меня успехов. Говорит, главное, чтобы сам понимал, что действительно надо. А оценки не стоят, мол, того, чтобы переживать.

— Понятно, – ответила Люба из вежливости, хотя ничего не поняла. Мать, равнодушная к оценкам ребёнка, для неё была явлением весьма странным.

«Троечницы в моей семье быть не должно!» – Александра Григорьевна бдела успеваемость Любы неусыпно, и сохрани Боже опуститься вниз хотя бы с одной тройкой в четверти.

Мелкий холодный дождь, моросивший с утра, к обеду сменился лёгкими облаками на небе. К раннему вечеру облака вконец исчезли, оставив на небосводе чистую лазурь и приветливое октябрьское солнце.

Десятиклассники с добрый час как вышли из читального зала, но всё стояли на перекрёстке под разросшейся туей, потому что не могли закончить беседу да распрощаться.

— Люба, приходи в гости сама, если хочешь. Буду очень рад! Необязательно ждать Сэро и его желание тебя привести. Я вкусно вафли пеку. Дорогу запомнила? – Паша, мило улыбнувшись, заглянул подружке в глаза.