Книга Невеста для предателя, страница 28 – Наталья Дягилева

Жесткий тон Ардена меня покоробил. После нескольких дней наедине с ним я была готова, что он посмеется над моими страхами, но не ждала холодной отповеди. Слушать подобное от человека, виновного во всех моих злоключениях, было оскорбительно.

— Не знаю. Ты мне скажи. Это ведь ты обещал, что меня ждет «небольшое приключение».

— А ты поверила? — усмешка Кристобаля вышла более жесткой, чем обычно. — Мне? Я же, как ты там выразилась... опасный преступник.

За эти дни я почти забыла об этом. Нет, я, конечно, постоянно повторяла слово «преступник» про себя и даже вслух, но оно как будто успело потерять смысл. Пусть я и оказалась в такой ситуации по вине Ардена, сам он не был жесток. Порой даже наоборот. Он защитил меня от тех мужланов в деревне. Насмехался над беспокойством, как будто все происходящее было пустяком… Поэтому от его резких слов меня как будто окатило холодной водой. Глупо было очаровываться своим похитителем. Еще глупее — обращаться к нему за моральной поддержкой.

Я корила себя за наивность. Должно быть, мне просто хотелось верить в благородство мужчины, раз уж от него зависела моя жизнь. Или просто польстилась на серые глаза и насмешливую улыбку. Куда только подевался мой хваленый рассудок? Нашла, на кого рассчитывать.

Я поджала губы, злясь на Ардена, но больше — на саму себя. Мне нечего было ответить.

— Давай вперед и без лишней болтовни, — приказал Кристобаль, и его тон напомнил мне строгие распоряжения Грегора.

Спорить я не стала. В конце концов, какие у меня были варианты?

Никто из гвардейцев нам не встретился — должно быть, после вчерашнего обыска в деревне они решили, что в этом направлении искать нас нет смысла.

От волнения становилось дурно. Мне просто хотелось, чтобы все это поскорее закончилось, уже даже неважно, как. На языке вертелось немало вопросов и проклятий, но я упорно молчала. Даже не спрашивала Кристобаля, сколько ещё осталось идти. Не уверена, что мой бойкот задевал его чувства, но я решила, что это более достойное поведение, чем истерика и оскорбления.

Солнце уже перевалило за полдень, когда мы вышли к тракту. Арден остановился и достал из своей сумки короткую веревку.

— Повернись.

Я угрюмо покосилась на него, делая рефлекторный шаг назад.

— Зачем это?

— Для спокойствия. Повернись, — повторил мужчина уже с нажимом. Никаких шуток и уговоров.

— Не хочу.

— Меня это, признаться, мало беспокоит.

Я столкнулась взглядом с его серыми глазами и не нашла в себе сил поспорить. Арден завел мне руки за спину. Жесткая веревка неприятно впилась в сомкнутые предплечья через рукава. Я пошевелила запястьями, но хватка не ослабла. Дернула плечом, демонстрируя недовольство.

Идти со связанными руками было неудобно. Кристобаль поддерживал меня под локоть — может помогая сохранить равновесие, а может и контролируя, чтобы я точно никуда не делась в последний момент.

За несколько минут мы дошли до широкого перекрестка, и я вгляделась в выцветшие буквы на деревянном указателе. Тридцать семь миль до Эрсена. Двадцать пять миль до Мериада. Только сейчас я поняла, где мы находимся — юго-запад страны, вблизи границы с Листанией. Я еще никогда не была так далеко от дома.

Арден остановился на месте, сбросил с плеча рюкзак и достал из ножен меч, поудобнее перехватывая рукоять. По тому, как строго мужчина оглядывался по сторонам, я поняла, что мы на месте. Этот перекресток и был назначен для обмена заложниками.