Книга Опасное наследство мисс Прайс, страница 18 – Наталья Дягилева

Мейбл удивленно приподняла брови:

— Пожалуйста.

— Почему вы пошли работать в Инквизицию?

— Ой, ну… — она задумчиво пожевала губу. — Обещаете не смеяться?

Мне стало еще любопытнее:

— Я очень постараюсь.

— В общем, моя мама очень любила детективы, читала их постоянно. Даже мне, с самого детства. Мне все это так нравилось. Так что я, можно сказать, всегда мечтала стать сыщиком, — Мейбл сказала это так тихо, что я едва расслышала её голос. — Правда, оказалось, что в следователи кого попало не берут, так что… — она обвела рукой вокруг себя, показывая на бумаги.

И чихнула.

— Будьте… — начала я, но чихнула следом.

В воздухе было пыльно и едва уловимо пахло чем-то сладким. Я поморщилась, пытаясь вспомнить, откуда мне знаком этот запах.

— И вовсе я не думала над вами смеяться, — наморщилась я, потирая зудящий нос. — Уверена, что у вас обязательно получится стать следователем.

В конце концов, мои мечты проявить себя талантливым артефактором были не менее амбициозными, чем у Мейбл.

— Было бы здорово, — вздохнула она, — Куплю себе лупу. Буду гоняться за преступниками.... Только каблуки придется снять.

Она разочарованно посмотрела на свои черные туфли-лодочки и пристукнула ими.

— Красивые, — кивнула я слегка заторможенно. В сознании у меня было пусто, и только стук каблучков о мраморный пол отдавался эхом. Цок-цок.

Цок-Цок.

— А еще ими можно наступать на ногу тем, кто плохо себя ведет, — хихикнула Мейбл, — Так вот р-раз, — она замахнулась ногой, каблук клацнул о пол, — а потом говоришь «Ах, простите, мистер Таллер, я такая неосторожная!».

Кровожадный взгляд на милом лице смотрелся до того неожиданно, что я засмеялась.

Цок-цок, звенело в мыслях, цок-цок. Мейбл подхватила мой смех.

— Кажется, мне тоже нужны каблуки, — потянула я, вспоминая руководителя артефакторов.

— Ох, вам очень пойдет! — Мейбл поддержала идею с улыбкой и снова принялась хихикать.

Я засмеялась вместе с ней и запрокинула голову. Тусклые светильники над головой качнулись, размножились, раскинулись по всему потолку, будто кто-то принес дедушкин артефакт, проецирующий карту звездного неба.

Воздух вокруг сделался густым-густым и весь словно искрился. Красиво. Как в сказке. Я протянула руку (до чего тяжелая!) и попыталась поймать одну искорку. Она растаяла, не успев коснуться кожи.

В архиве было ужасно душно. Я расстегнула верхние пуговицы рубашки с высоким воротом.

Что же это за запах…

Мысли пытались зацепиться одна за другую, но, не находя опоры, проваливались в пропасть.

Пахло словно карамельками… Алистер стащил у меня из дома карамельку… Алистер…

Одна единственная мысль щелкнула, будто шестеренка в механизме.

— Мейбл, — спросила я, пытаясь сфокусировать взгляд на девушке. Её фигура расплывалась передо мной на трех разных Мейбл. — А что в ящиках, на которых мы сидим?

Она перевела заторможенный взгляд вниз, на грубые деревянные ящики без маркировки, а потом снова на меня. Ее зрачки были чуть расширены, а щеки горели румянцем:

— Не знаю, — беззаботно ответила она, болтая ногами. — Мне сказали, их оставят тут, пока не освободится место в опечатанном хранилище. Доставили несколько дней назад из порта.

Из порта. Где как раз на днях арестовали партию пыльцы пикси — мистер Хоторн сам мне об этом сказал.