Книга Невидимка для босса, страница 34 – Ольга Граф

— То же самое.

Я хотела ответить колко. Хотела сказать, что между «выигрывать» и «не проигрывать» огромная разница. Что он играет на победу, а я — на выживание.

Но он вдруг протянул руку и коротко поправил ремень безопасности у меня на плече — будто ремень был не там, где надо. Будто он вообще заметил какую-то мелочь, которая его беспокоила.

Движение было простое. Почти бытовое.

И от этого — гораздо хуже.

Я откинулась назад, будто от меня зависела дистанция между нами.

— Вы всегда так вторгаетесь? — спросила я.

Он посмотрел спокойно.

— Сейчас — да. Потому что ты мне нужна целой.

У меня внутри поднялась злость. И одновременно — то самое, от чего злость становится опасной. То, что я не могла контролировать, как бы ни старалась.

— Значит, официально «мы», — сказала я.

— Официально, — подтвердил он.

— Публично?

— Публично, — сказал он.

Я кивнула.

— Хорошо. Мы играем пару дальше.

Он прищурился.

— Не «играем».

— Не придирайтесь, — сказала я. — Я так держу себя в руках.

Он задержал взгляд на моих губах — коротко, но я успела заметить. И успела разозлиться на то, что заметила. На то, что это вообще имело значение.

— Тогда держи рядом, — сказал он.

Я фыркнула.

— Привыкайте. Я неудобная.

— Я не привыкать собираюсь, — ответил он. — Я фиксирую.

И снова — чат. Сухо, чётко, без лишних эмоций.

Кирилл Вяземский:

Завтра 8:30.

Подготовьте всё по безопасности: накладные, флористы, доступы, контакты.

И Марте — ни слова. До моего сигнала.

Я смотрела в окно и понимала: всё.

Это уже не «разовая акция».

Это уже расписание.

Это уже график, в котором я была вписана мелким, но твёрдым почерком.

Город за окном плыл мимо. Фонари, витрины, люди. Они не знали, что сейчас где-то там, в чьём-то телефоне, уже строится сценарий, который завтра может взорвать всё.

Машина остановилась у моего дома.

— Завтра в восемь двадцать я буду внизу, — сказал он.

— Вы пунктуальный до угрозы, — пробормотала я.

— Это тоже безопасность, — ответил он.

Я вышла, закрыла дверь и сделала пару шагов к подъезду — холодный воздух ударил по лицу, как пощёчина, возвращая в реальность.

Телефон в сумке снова завибрировал.

Я достала его и увидела новое сообщение.

Увидимся завтра, Людмила Сергеевна.

Я остановилась.

Сжала телефон.

И впервые за весь вечер подумала не «как выкрутиться», а другое:

Если он сказал «мы» — пусть докажет.

Потому что сериал начался.

И кто-то уже знает расписание.

У Вяземского всё было устроено так, что даже случайности выглядели как заранее согласованные.

Даже я.

Я пришла в офис раньше обычного — не потому что трудоголик, а потому что у меня с утра включается режим: если ты опоздала, значит, тебя уже где-то обсудили. Если ты пришла заранее — у тебя есть шанс занять место в комнате так, чтобы не быть объектом чужих взглядов.

В холле пахло кофе и деньгами. У этого запаха есть оттенки: в одних местах он сладкий, как “у нас всё хорошо”, в других — терпкий, как “мы умеем делать вид”. У Вяземского пахло именно вторым.

Охрана кивнула мне слишком уверенно.

— Марта, проходите.

Вот это “Марта” прозвучало так, будто меня не просто пропустили, а внесли в список внутренней мебели. И я бы даже порадовалась — мебель обычно не нервничает, — но у мебели нет права встать и уйти, хлопнув дверью.