Книга Исключение из правил, страница 59 – Татьяна Берест

Алиса стоит у окна. Голодно скольжу по ней взглядом. Она не оборачивается.

— Я чуть не померла сегодня, Фарид… Пока весь день делала так, как ты сказал. Пока старательно скрывала твою позорную тайну… Меня.

«Господи, девочка… Да ты в своем уме вообще? Какой, на хрен, позор? Ты — единственное, чем я сейчас вообще дышу».

Перехватываю ее за талию.

— Пошли, — рокочу глухо. — Двигаем за дверь. Иначе я прямо сейчас забуду, что в метре от нас спит ребенок, и очень доходчиво объясню, какую херню ты несешь.

Молча спускаемся к берегу. Озеро замерло — черное, густое, лунный свет режет гладь дрожащим серебряным лезвием.

Алиса останавливается. Поворачивает голову, поднимает лицо... В ее глазах сейчас столько омута, что любой водоем — лишь жалкая лужа. Миллиарды метров затягивающей глубины, в которой я уже захлебнулся.

Сгребаю ее и прижимаю к себе. Алиса подается навстречу.

— Алис… не переворачивай, — рокочу глухо. — Я тебя не прячу. Я просто оставляю дверь открытой. Чтобы ты могла спокойно уйти в любой момент.

Горячие ладони медленно оглаживают мою каменную спину.

— Никогда, Фарид, — выдыхает она тихо. — Никогда тебя не отпущу.

И всё. Я конченая скотина. Эгоистичный ублюдок, который больше не в силах выдать ни единого звука.

Наклоняюсь. Трусь губами о ее нежную скулу и впиваюсь в ее рот. Сминаю губы голодным поцелуем, забирая ее себе.

«Наконец-то, блядь… Дышу. Впервые за весь этот чертов день».

Она отрывается от моих губ, остаюсь с приоткрытым ртом, воздух в горле пересохший, горячий, и я реально забываю, как дышать. Её ладони скользят по моей груди вниз, ногти чуть цепляют футболки. Она плавно, ведёт руками по моему животу, по резинке штанов, и встаёт на колени. Я смотрю сверху вниз и, блядь, теряю реальность.

Пальцы ныряют под резинку, проходятся по животу ниже, член до боли упирается в ткань. выдыхаю сквозь зубы:

— Охуеть…

Я застываю.

— Алис, блядь… — хриплю я. — Встань. Поднимись, я кому сказал…

Но она не слушает. Пальцы ныряют под резинку, оголяя член, упершийся в ткань до тупой боли. Смотрю на нее сверху вниз и ощущаю, как земля уходит из-под ног.

Припухшие от поцелуев губы. Влажный, пьяный взгляд. Доверчивая, маленькая девчонка, которая отдается мне.

Она осторожно, трепетно касается губами головки — едва-едва, пробуя на вкус. В ушах начинает взрываться пульс. Когда ее тёплый, влажный язык делает первое движения, обводя контур, у меня вырывается глухой, сдавленный рык.

Зарываюсь пальцами в ее волосы у корней.

— Дыши… — голос садится до сухого шепота. — Дыши через нос, маленькая… Не торопись.

Она принимает меня глубже. Тугая, обжигающая гладкость ее рта, ритмичное движение, вибрация горла — каждый сантиметр выбивает из меня последние мысли. Подаюсь бедрами вперед, чувствую, как она сжимает меня языком.

— Глубже возьмёшь?

Она кивает. С моим членом во рту, наполненная им до отказа.

Начинаю двигаться чаще. Алиса постанывает, горловой звук вибрирует по стволу, сжимаю её волосы крепче, контролируя глубину.

— Маленькая… скоро кончу, — мой голос ломается на грани рыка. — Скажи, куда. Внутрь хочешь? Или на лицо?

Она пытается отстраниться, я позволяю ей выскользнуть почти до головки, задерживаю. Её голос — хриплый, сбитый, но такой развратный в своей искренности: