Книга Меня повело, страница 85 – Царина Вереск

Я смотрю на неё внимательно.

— Ты собираешься?

— Нет, — сразу отвечает она, вздрагивает как будто возвращается в реальность. — Я никуда не еду.

Слишком быстро. Слишком уверенно. Но меня всё равно это бесит.

— Тогда зачем «подумаю»? — продолжаю давить.

— Потому что я не хотела его ранить! — отозвалась она.

— А меня можно?

Алина вздрагивает.

— Ты сам… — начинает она.

— Что я сам?

Она замолкает. Потому что ответ очевиден. Я сам тогда наговорил лишнего. Сам оттолкнул. Сам сделал вид, что мне всё равно. И теперь стою и требую определённости.

В её глазах есть что-то ещё. Не решение. А растерянность. И меня это злит. Потому что он предлагает ей будущее. Конкретное. А что предлагаю я?

К нам подлетает Костя:

— Эй, вы едете или нет? Кто с кем? Уже все почти разъехались. Машин не хватает!

Я резко отвожу взгляд.

— Едем, — бросаю.

— Кто куда? — продолжает он.

Алина вдруг вспыхивает:

— Никуда я не еду! — резко. Она разворачивается и уходит к девчонкам. Быстро. Как будто ей нужно воздух. Я остаюсь стоять.

Костя поднимает руки:

— Воу, это что сейчас было? Что с ней?

В груди неприятно давит.

Кирилл серьёзен. Он уезжает. Он предлагает. Он ждёт. Он готов взять её с собой.

А я?

Я не хочу её никуда отдавать. Даже мысль о том, что она может уехать с ним, бесит до дрожи.

Но если честно — что я ей даю? Слова? Ревность? Танцы, от которых у неё сбивается дыхание? Я смотрю, как она садится в машину к девчонкам. Улыбается уже через силу.

Костя сигналит:

— Макс! Ты едешь или будешь философствовать?

Я сажусь в машину. Но внутри уже не весело.

Кирилл делает шаги. А я только злюсь, когда кто-то другой решается сделать то, на что сам не готов. И если она когда-нибудь уедет — виноват будет не он.

Макс

Я лежу на кровати, свернувшись почти калачиком. Стена серая. Обычная. Но я смотрю на нее так, будто она может дать ответ.

Телефон валяется рядом. Экран тёмный. Я не пишу ей. Она тоже не пишет. И это раздражает больше, чем если бы она завалила меня сообщениями.

В голове крутится одно и то же — Кирилл. Его спокойное «я серьёзно». Его уверенность. Его «подумай».

А что я?«Ты мне нравишься, но».

Гениально, Макс.

Я утыкаюсь лицом в подушку. Меня бесит, что он может предложить ей будущее. А я не могу даже определиться, чего хочу сам.

Точнее — могу. Я не хочу, чтобы она была с ним. Но быть с ней по-настоящему… это ответственность. Это не «сегодня хочу — завтра нет». С ней так не выйдет.

После все отправились на набережную встречать рассвет. Я ходил рядом на расстоянии. Ближе подойти не осмелился. Алина веселилась со всеми, смотрела на первый свой «взрослый» рассвет. С детством теперь было покончено. Я же просто наблюдал. Следил, чтобы все прошло хорошо и ничего не случилось.

К нам с Костей в машину она не села, поехала с другими одноклассниками домой. Да и вообще внимание на меня не обращала, не смотрела. Все же я сопроводил их тачку. Успокоился только когда она зашла домой в подъезд. Отпустил зевающего Костю домой и сам пошел к себе.

Я провожу ладонью по лицу. В груди неприятная тяжесть. Не ревность даже — страх. Что она реально подумает. Что выберет того, кто говорит уверенно, а не того, кто путается.

В дверь тихо стучат.

— Макс?

Мамин голос.

— Да. — отвечаю нейтрально.

Сегодня выходной и я весь день валяюсь на кровати. Настроение поганое. Делать ничего не хочется. Вообще ничего не хочется.