Книга Где-то всегда светит солнце, страница 45 – Кристина Миле

— Стивен! – заорала я. – Скажи мне, когда он пришел к тебе с этим?

— Вчера.

Я тяжело вздохнула:

— Тогда ты и будешь с ним связываться по поводу ее просмотра и доставки.

— Он настаивал, чтобы это была ты. Это прописано в условиях.

Я не выдержала и толкнула его в грудь.

— Стивен! Ты издеваешься надо мной?! Зачем ты это сделал?

— Во-первых, я звонил тебе, чтобы спросить! – сердито ответил он. – Ты не брала трубку. А во-вторых, откуда я знал, что́ произошло между вами?

Я упала в кресло и закрыла лицо руками.

— Дорогая, он влюблен в тебя. Все разрешится. Вы увидитесь, и он все тебе объяснит.

— Я обещала с ним не встречаться, – тихо сказала я, пытаясь прогнать его образ из головы.

— Кому обещала? – не понял Стив.

— Полу, – не думая ответила я и тут же пожалела о своих неосторожных словах.

Мой друг взорвался:

— Полу? Ах, Полу! А он тебе кто? Король, хозяин или отец? Какое право он имеет тебе запрещать с ним встречаться?

— Он беспокоится обо мне и хочет защитить.

— Ах, конечно, а у тебя и мысль не промелькнула, что ты сама можешь за себя решать?

— Стив…

— Что «Стив»? Я так и думал, что это он промыл тебе мозги. Его забота – твоя тюрьма! Он хочет, чтобы ты всегда была рядом, и вот, только птичка хотела упорхнуть, как появился удобный случай вернуть ее обратно!

— Что ты говоришь? Какая «тюрьма», какая «птичка»! Он что, сам заставил Амира жениться?

— С тобой бесполезно говорить! У тебя контракт, по которому ты обязана устроить предварительный осмотр картины лично. Ты меня услышала? По остальным вопросам я пришлю тебе письмо, – выпалил он и вышел, хлопнув дверью.

Я долго смотрела ему вслед, на закрытую дверь. Я злилась на него. В его мире всегда было все просто, он постоянно делал, что хотел, и говорил, что думал. И хоть это очень раздражало, я не могла не признать, что своими замечаниями он часто зрил в самый корень. Взять, к примеру, нашу первую встречу. Мы познакомились здесь же, в моей мастерской, немного побеседовали. Потом он посмотрел мои картины, после чего сказал: «Ты спускаешь свой талант в унитаз. Если хочешь чего-то добиться, для начала ты должна хотя бы понять, чего хочешь. Пока все твои работы выглядят так, будто ты повинуешься воле обстоятельств. У тебя нет четкой цели, своей позиции… И, как я понял, это касается не только твоего творчества».

Я была ошарашена таким бесцеремонным комментарием, но, успокоившись, поняла, что он прав. Он прочитал меня как открытую книгу. Несколько дней я размышляла над его словами и вообще над своей жизнью, а потом позвонила ему и предложила работу.

Но был ли Стивен прав на этот раз? Могла ли встреча с Амиром что-либо изменить? Я не знала и предпочитала считать, что нет. И его резкие слова о Поле казались несправедливыми. Я вспомнила, что это было уже не в первый раз. При подготовке к выставке он каждый раз закатывал глаза или бросал колкие фразочки, когда узнавал, что мы с Полом вместе обедали, или когда Пол ждал меня после наших встреч. Я списывала это на то, что ему не нравится, чтобы я отвлекалась от работы, но теперь поняла, что просто сам Пол не нравился ему с самого начала, но почему – понять не могла.