Книга Между преданностью и предательством, страница 65 – Шейн Роуз

— Ты такая мокрая.

Я застонала, когда его другая рука потянулась к молнии на моем спортивном топе.

— Да.

Еще до того, как он расстегнул его, мои соски напряглись в предвкушении ласк.

— Такая нетерпеливая, Капелька. Где твоя знаменитая выдержка?

Я прикусила губу и двинула бедрами в такт движениям его руки, и когда он медленно расстегнул мой топ, освободив мою грудь от тисков одежды, я поняла, что не выдержу.

Все мое тело содрогнулось – меня накрыл первый оргазм. Я выкрикнула его имя, полностью потеряв самообладание. Я отпускала все, когда дело касалось его. Теряла рассудок, это точно.

А затем он меня похвалил. Йо 00 куст.

Именно тогда я поняла, что скоро потеряю и свое сердце.

Я НЕ МОГ ПЕРЕСТАТЬ восхищаться ей, не мог не сорваться в пропасть желания. Я хотел, чтобы она принадлежала только мне. Чтобы ее тело прижималось к моему, она становилась мокрой между ног только от меня, а с губ срывались сладкие стоны.

Когда она выкрикнула мое имя, я едва сдержался.

— Хорошая девочка… черт, как ты хороша. Так хороша. Выглядишь так, словно этот оргазм тебе был жизненно необходим, – прошептал я, коснувшись губами ее уха. Эверли прикусила губу. Я провел рукой по ее груди, коснулся твердого соска. По ее коже побежали мурашки. – Посмотри на себя в зеркало. Моя жена выглядит потрясающе после того, как я довел ее до оргазма, не так ли?

Я не дал ей времени на ответ. Развернул к себе, перекладина над ней скрипнула – запястья Эверли все еще были привязаны. Я схватил ткань на ее попе обеими руками и резко притянул ее к себе.

— Осторожно, Деклан, – она задыхалась. – Это мои единственные дорогие штаны.

Неужели она не осознавала, что я давно уже перестал быть осторожным? Что мы вступили на запретную территорию еще несколько месяцев назад. Я сжал ткань сильнее и впился в ее губы поцелуем. Я брал то, о чем думал с самого утра, – с того момента, как только увидел ее. Наши языки переплелись в страстном танце.

Я хотел сжать ее зад в руках, поэтому моя ладонь нырнула под резинку легинсов. Через мгновение я застыл, осознав, что попал в ожившую мечту многих мужчин, – на Эверли не было нижнего белья.

— Черт, – простонал я. – Ты пытаешься свести меня с ума, Капелька? Как ты могла пойти на работу без нижнего белья?

— Деклан, линии от трусов под легинсами – это…

С меня было достаточно. Хватило этих штанов, мыслей о том, как Уэс или кто-либо еще смотрит на нее, когда она наклоняется. Я смял ткань в руках и разорвал ее по шву.

Она ахнула, выдохнув мое имя.

Я не собирался извиняться. Вместо этого я опустился на колени, стянул с нее штаны и провел носом между складочек.

— Кажется, ты хотела, чтобы кто-нибудь с тебя снял эти легинсы. Поэтому, может быть, они были такие тонкие, как бумага.

— Они должны быть такими – облегающими и дышащими, Деклан. Ты их уничтожил!

— И хорошо. Никогда не надевай ничего подобного.

Она сузила глаза.

— Ты будешь за меня выбирать одежду теперь?

Я уловил дрожь в ее голосе. Эверли нравилось, когда кто-то принимал решения за нее, даже если никогда в этом сама не признается.

— Если понадобится, буду. В понедельник ты носишь красное, верно? Все-таки мы с тобой деловые партнеры. И я не могу тебе позволить отвлекать меня весь день.

— Ни за что, – выдохнула она, а затем простонала, когда я провел рукой между ее ног.