Книга Между преданностью и предательством, страница 19 – Шейн Роуз

— Твой отец хочет, чтобы я это сделал, – я пожал плечами. Черт, ее глаза становились ярко-голубыми, как кристаллы, когда она злилась. – Я говорил тебе той ночью и повторю снова: он не твой тип.

— Меня не волнует, чего хочет Карл, – выплюнула она. – Вы и мой отец – не мои надзиратели.

— Уэс – сволочь, – вырвалось у меня, хотя мне и не нужно было оправдывать свои действия перед ней. Карл Милтон ясно дал понять, что Эверли не разрешено встречаться ни с кем из команды Уэса.

Мы с ним были бизнес-партнерами. Этот человек жил и дышал моей командой. Когда я упомянул в прессе, что думаю о завершении карьеры, он нашел меня и предложил инвестировать в его империю отелей и спортзалов. Он оказался достаточно мудрым и разместил мое имя везде. Элитная Многопрофильная Команда Харди. Отели Харди. Харди то, Харди это. Мое лицо было везде, и Америка просто обожала меня.

Карл был моим другом и наставником, и я должен был сделать все, чтобы его дочь не встречалась с тем, с кем он не хочет. По крайней мере, пока что я придерживался этой версии.

— Откуда вы вообще можете это знать? Вы даже не общались с ним здесь, – заметила она.

— Именно. Потому что он играет грязно: как на поле, так и в жизни. Уэс изменял каждой женщине, с которой был в отношениях. Он не твой типаж. – Я развернулся и направился к стойке администратора, но она схватила меня за руку и дернула, заставив повернуться и продолжить разговор.

— Полностью мой типаж, – парировала она, потеряв на мгновение хладнокровие.

Я наклонился ближе.

— Он был твоим типажом в тот момент, когда намокла от моих пальцев? Когда кричала мое, а не его имя, уйдя из его дома той ночью?

Ее глаза расширились от моего вопроса, а затем сузились, будто она приготовилась нападать.

— Отлично. Так вы считаете, что я хочу серьезных отношений? Что меня волнует, изменял ли он кому-то до меня? – Она наклонилась ко мне и прошептала: – Может, я просто хочу переспать с кем-то в раздевалке разок-другой, как это делали вы с Пайпер.

Ее сапфировые глаза теперь пылали голубым огнем, ревность вырывалась на поверхность, смешиваясь с моей. Две бури, готовые создать настоящий ураган. Она хотела спровоцировать меня; я видел это по тому, как она выпрямилась, но, должно быть, она сразу же поняла свою ошибку. Я чувствовал бешено колотящееся сердце, ощущал, как реагирует тело, как гнев смешивается с желанием быть тем, кто отведет ее в раздевалку и сделает именно то, что она хочет.

Она сделала шаг назад, а я – вперед, и тогда она резко развернулась и направилась к раздевалке. Эверли распустила свои длинные волосы – они рассыпались по спине, а потом… дверь за ней захлопнулась. Клянусь, она дразнила меня, звала следовать за ней, играла с моим членом в дурацкую игру, в которой я не мог выиграть. Эверли – мастер манипуляций, а я – глупец, ведомый похотью, а не разумом.

Но я последовал за ней в раздевалку, быстро свернув за угол, чтобы никто не заметил, схватил ее за локоть и толкнул в первую попавшуюся душевую кабинку, не проронив ни слова.

— Какого черта, Деклан? – Она повернулась ко мне и запрокинула голову, чтобы посмотреть на приближающегося меня. Мы слишком долго играли в эту игру. Я хотел ощутить ее вкус, запах, почувствовать каждую часть тела. Я осторожно приник к ее шее, и она выдохнула, наклонив голову, давая мне доступ к своей коже.