Книга Между преданностью и предательством, страница 159 – Шейн Роуз

— Они идут на ужин? – повторила я, чувствуя, как в груди поднимается новая волна боли.

Клара откусила большой кусок брауни и протянула мне. Я поспешно взяла угощение – от ее брауни никто не отказывался, да и мне сейчас особенно хотелось немного сладкого утешения.

— Наверное, это ничего не значит, – пробормотала Клара, но мы обе знали, что она лукавит. – Ох, Эви, не позволяй этому задеть тебя. Я уверена, он любит тебя. Просто…

— Он не любит меня, – перебила я, покачала головой и закрыла глаза, откусывая еще один кусок.

— Может, выпьем? – предложила она.

Я тяжело вздохнула.

— Нет. Давай лучше съедим штук десять этих брауни. И, может, еще мороженого?

Клара кивнула и насупилась, но поступила так, как и полагается хорошей подруге в такие моменты: выключила неоновую вывеску «Открыто», включила музыку и вынесла целый противень брауни.

— Если тебе будет легче, я в ближайшие месяцы буду работать с Домом над проектом курорта на тихоокеанском побережье. И, честно говоря, я терпеть его не могу. Но при этом не могу отвести глаз. Харди – вечная загадка.

Я засунула в рот еще одно брауни и позволила ей продолжить. Мы просидели так час: говорили о мужчинах, о взрослении, о том, как странно, что нас никогда не сводили вместе на праздниках. Единственное светлое пятно за все мое пребывание во Флориде – это то, что я встретила Клару.

Позже мы пошли в Vibe, и я написала водителю Деклана, что задержусь. Мы ели, болтали и смеялись, пока время не растворилось для нас.

Когда я вернулась, то не ожидала увидеть свет в гостевом домике. Однако, когда потянулась к двери, та приоткрылась. На пороге оказался Деклан. Мягкий свет изнутри подчеркивал резкие линии его лица. Он сидел в рубашке с закатанными рукавами и сжимал в руке стакан с чем-то янтарным.

— Ты опоздала.

— Опоздала? – я замерла. – Сейчас всего одиннадцать.

— Обычно ты гасишь свет в десять.

Я хмыкнула, поставила сумку в прихожей, сняла обувь и уставилась на него, пытаясь понять, чего он добивается.

— Кажется, ты знаешь обо мне больше, чем стоило бы.

Он равнодушно пожал плечами и покрутил в пальцах стакан.

— Хочешь переодеться в пижаму? – спросил он. Я прикусила щеку, не ответив. – Кажется, ты уже приняла душ в спортзале.

Я закатила глаза и ушла в спальню, чтобы переодеться в ночную рубашку. Было уже поздно, и мне хотелось уюта. Когда я вернулась, он все еще сидел там, с улыбкой, в которой не было ни теплоты, ни доброжелательности. Затем он встал, достал из заднего кармана конверт, который я оставила ему утром.

— Видишь? Ты – существо привычки. Именно поэтому я не ожидал увидеть это сегодня вечером.

Документы с глухим стуком упали на кофейный столик. Я прикусила губу, заметив, как он слегка пошатывается, как в глазах вспыхивают искры и что от него несет виски.

— Деклан, это не разговор для такого состояния.

Он цокнул языком.

— А когда мы должны это обсудить, Эверли? Или ты надеялась, что я даже не приду сюда? Думала, достаточно оставить документы и бросить кольцо?

— Деклан… – я тяжело выдохнула, пытаясь унять сердцебиение и напомнить себе, что его появление ночью – не повод для очередной ссоры. Я подошла к кухонному столу, взяла яблоко из вазочки и начала резать. – Я думала, мы закончили. Ты теперь с Анастасией…

— Я не с ней, – выпалил он. – Я не выношу ее. Я не выношу ни одну другую женщину, потому что все, о чем я думаю, – это ты.