Книга Между преданностью и предательством, страница 149 – Шейн Роуз

— Это не имеет значения. Я не останусь здесь, – резко ответила я и зло зарычала, когда слезы потекли по щекам.

Почему сейчас?

— Я не могу здесь находиться. А без тебя? Лучше рискну вернуться домой.

— Ты не уйдешь, – сказал он твердо, словно ставя точку. – То, что Анастасия и я делаем… ты должна понимать, Эверли, это не имеет отношения к нам с тобой.

— Это имеет отношение ко всему! – закричала я. – Ты правда хочешь смотреть, как я рожаю ребенка твоего брата?! Мне позвонить Дому?

— Даже не думай, – его голос стал низким, опасным.

— Но даже если бы я позвонила, он бы никогда… – Я взмахнула рукой, подчеркивая свою точку зрения. – Никогда бы не сделал этого с тобой. Он твой брат! И ты не понимаешь, что я здесь одна. Одна везде, кроме дома, где мама. У меня больше никого нет. Я думала, что у меня есть ты. Думала, что это глупое обязательство, которое мы взяли на себя, было настоящим, что мы пройдем через это вместе. Не причиним друг другу боли.

Я ошиблась. Так ужасно ошиблась.

Распахнув дверь машины, бросилась к гостевому дому.

Он тоже выскочил, но я закричала:

— Не смей идти за мной!

И впервые он послушался.

Впервые я управляла ситуацией.

Может, он уступил, понимая, что разрывает мне сердце. Может, просто отпускал.

Но я не дала себе сломаться.

Ни перед ним.

Ни перед кем-либо еще.

Я не позволю им узнать, что они сломали меня сильнее, чем когда-либо прежде. Я держалась из последних сил, насколько могла себе позволить. Поэтому дала себе слово: возьму себя в руки через день или два. Убедила себя, что эти эмоции возникли лишь потому, что мы решили пройти через этот абсурдный брак вместе. Я взглянула на кольцо на своем пальце и сжала кулак. Еще один день – только один – я позволю себе носить его, а потом сниму.

Я уснула, ощущая, как слезы струятся по щекам, разбитая не столько его преданностью, сколько предательством.

* * *

НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО он написал.

Деклан:

Приходи позавтракать со мной.

Я:

Нет. Пожалуйста, оставь меня в покое.

Деклан:

Я привез тебе кофе.

Его машина уже стояла у гостевого дома, и я поймала себя на мысли: может, соврать, что заболела? Вместо этого набрала сообщение:

Я:

Клара заедет за мной.

Она, конечно, не собиралась. Но это не имело значения. Я просто не могла быть рядом с ним. Он должен был это понять.

Деклан:

Я подожду, пока она приедет.

Я уставилась в потолок, выпуская сдавленный вздох, который давно рвался наружу. Глаза снова наполнились слезами. Господи, да почему он не может просто остановиться? Неужели не понимает, что мое сердце разбито?

Деклан:

Хочешь кофе перед ее приездом?

Нет, я не хотела кофе. Потому что для этого мне пришлось бы увидеть его лицо – до обидного красивое, до боли родное. И все же я хотела. Хотела сломаться, броситься к нему, в истерике бить кулаками по груди, кричать, как больно он мне сделал, и ждать, что он начнет умолять простить его, доказывать, что мы все еще важны друг другу. Но я боялась, что он не станет. Что мне придется наблюдать, как моя сводная сестра будет жить той жизнью, о которой мечтала я.

Дети. Семья. Будни с мужчиной, которого я люблю.

Как можно уйти, когда ты все еще рядом с ним? Когда он все еще ждет тебя, отвозит на работу, привозит кофе?

Я:

Я уже сделала.

Деклан:

Не ври. Приходи за своим кофе.