Книга Между преданностью и предательством, страница 10 – Шейн Роуз

Я не стала устраивать еще одну сцену и послушно схватилась за ее края. Не было смысла спорить. Но Уэс широко улыбнулся и, словно желая разозлить Деклана, объявил:

— Оставь себе, Эви. У меня есть еще.

Затем он притянул меня к себе и поцеловал. Прямо на глазах у Деклана. Это был наш первый раз. До этого мы вели себя как друзья.

На моих губах осел горький привкус пива. Все это было неправильно. Будто мы играли в игру, и Уэс просто хотел победить. Я отступила на шаг и сказала, что позвоню ему, хотя на самом деле даже не думала об этом.

Деклан открыл дверь черного внедорожника, стоявшего на подъездной дорожке.

Я дала себе лишь одну возможность выразить гнев: сев в машину, с силой захлопнула за собой дверь. Деклан обогнул машину и скользнул на соседнее сиденье, тут же объявив водителю:

— Питер, Эверли живет у Карла.

— Уже нет, – вставила я. – Я переехала.

— Переехала? – спросил он удивленно, но тут же отмахнулся. – Скажи Питеру свой адрес, чтобы мы могли отвезти тебя домой.

Я перевела на него взгляд, ожидая, что он хотя бы извинится. Он тоже ждал, словно изучая меня, пока я изучала его.

— Ты нарушаешь границы, Эверли.

— За пределами работы у меня не должно быть границ с боссом, – заметила я.

— Ты была на работе, когда решила пойти в дом этого ублюдка, – процедил он, его челюсть ходила в раздражении.

Он злился? «Отлично», – подумала я. Я тоже.

— Вы собираетесь извиняться?

— За что? – Его ноздри раздулись при выдохе.

— За ту сцену, что вы устроили, – почти взвизгнула я, мое самообладание немного пошатнулось, когда указала на дом Уэса. – За то, что снова меня опозорили.

— Мне на самом деле наплевать на то, что произошло там. Если не хочешь позора, не ходи в дом этого идиота, тогда мне не придется приходить за тобой. А я буду приходить каждый чертов раз, Капелька. – Он сжал кулаки, словно, как и я, сдерживая свою ярость.

Я хотела сказать ему перестать меня так называть, но чувствовала, что мы движемся к точке кипения – кто-то из нас должен был поступить по-взрослому. Я проигнорировала его комментарий и сказала водителю свой адрес.

Глаза Деклана расширились.

— Но ты же прибегаешь на работу.

— Да, – я пожала плечами и потеребила край джерси.

— Но ведь это пробежка длиной в шесть километров, а некоторые места – не самые лучшие районы. О чем ты думаешь?

— Простите, что наслаждаюсь утренним и вечерним бризом.

— Чертов бриз… – проворчал он. – А если я попрошу тебя поработать сверхурочно…

— Я могу вызвать такси. Я с умом подхожу к бегу, хотя не должна была бы. К сожалению, женщин, занимающихся бегом, нередко обвиняют в том, что совершают другие. Исследования показывают, что шестьдесят процентов из нас подвергались преследованиям во время пробежек, поэтому мы знаем, где можно бегать, что нужно бегать группами, что… – я замолчала, поняв, что несу чушь, а затем махнула рукой. – Это все пустяк.

— Господи, что для тебя не пустяк?

— Встречный вопрос: что для вас пустяк? Вы всегда ведете себя так, будто все имеет значение. Например, врываетесь на вечеринку, требуя, чтобы я ушла. – Я откинула волосы назад, подняла высоко в хвост, чтобы собрать в пучок, и только потянувшись к запястью, поняла, что забыла резинку для волос.

— Тебе не стоит ходить на вечеринки Уэса.

— О господи. Только не это снова, – выдохнула я. Как же я устала от него и моего отца. – Я просто пытаюсь понять, подходим ли мы друг другу.