Книга Ботанический сад в чашке, страница 55 – Лина Ровак

— Там была акция! — возмутился Андрей.

— Я просила молоко, Андрей. Обычное коровье молоко.

— На соевом йогурте была акция «два по цене одного». Это же выгодно!

— Мы не едим соевый йогурт. У нас вообще нет непереносимости лактозы.

— Может появится! Надо быть готовыми!

Арина не выдержала и рассмеялась. Честно, от души. Марина и Андрей уставились на нее с одинаковым выражением легкого недоумения.

— Простите, — выдохнула она, вытирая слезы — Просто это так знакомо. Мои родители ссорились точно так же. Папа однажды вместо стирального порошка купил средство для посудомоечной машины. Мама сказала, что это символ их брака. Он пытается, но получается что-то другое.

— И что было дальше? — спросила Марина.

— Они прожили вместе уже тридцать два года, — Арина улыбнулась — Папа так и не научился покупать стиральный порошок. Но мама говорила, что это лучшая ошибка в ее жизни.

За столом повисла пауза. Марина посмотрела на Андрея. Андрей посмотрел на Марину. А потом они оба засмеялись.

— Соевый йогурт, — выдохнула Марина сквозь смех — Боже, Андрей, это правда глупо.

— Я знаю, — он взял ее за руку — Прости. Я просто хочу быть хорошим мужем. И, наверное, хорошим отцом когда-нибудь. И иногда перегибаю.

— Ты хороший муж, — сказала Марина тихо — Даже когда покупаешь соевый йогурт.

— А ты хорошая жена. Даже когда злишься на меня из-за зубной пасты.

— Тюбик был открыт, Андрей. Он высох.

— Я помню. Я больше так не буду.

Они поцеловались. Коротко, примирительно. Дэн поднял бокал.

— За зубную пасту, — сказал он торжественно — За соевый йогурт. И за то, чтобы у нас всех было столько же терпения, сколько у родителей Арины.

— За терпение! — подхватила Марина.

Они чокнулись, и атмосфера за столом наконец разрядилась.

— Кстати, — сказал Андрей, отставляя бокал — А у вас как? Есть уже план первой ссоры?

Арина поперхнулась вином. Дэн заботливо похлопал ее по спине.

— Вообще-то, — сказал он, ухмыляясь — У нас есть. Она убьет меня, если я подарю ей розы.

— Ты не посмеешь! — Арина повернулась к нему.

— Не посмею, — согласился Дэн — Но мысль о том, что ты будешь меня за это отчитывать с секатором в руке, меня немного заводит.

— Это ненормально!

— Это любовь, — сказала Марина и вдруг добавила серьезно — Знаете, я рада, что вы вместе.

Арина и Дэн переглянулись.

— Правда, — продолжила Марина — Когда Дэн впервые рассказал мне про флористку, которая разговаривает с цветами и достала редкую лилию через подпольного дилера, я подумала: «Он влюбился». Он никогда не рассказывал так о других девушках. Обычно это было: «Марин, я тут встречаюсь с одной, она бухгалтер». А тут: «Марин, ты не представляешь, она сказала, что розы банально, и дала мне круассан, и она разговаривает с лилией». Я сразу поняла, что это серьезно.

— Я не разговариваю с лилией, — слабо запротестовала Арина.

— Ты разговариваешь с монстерой, — напомнил Дэн — И с бабочкой. И с папоротником Гриши. Я сам слышал.

— Это другое!

— Это мило, — сказал Андрей — Я тоже разговариваю с нашим фикусом. Он молчит, но, мне кажется, он меня осуждает.

— Фикус тебя не осуждает, — вздохнула Марина — Это я тебя осуждаю. Фикус просто стоит и фотосинтезирует.

— Ты слышал? — Андрей повернулся к воображаемому фикусу — Она нас не понимает.

К тому времени, как подали десерт, атмосфера за столом стала совсем домашней. Марина и Андрей больше не ссорились, а сидели, прижавшись друг к другу, и смотрели на Дэна и Арину с каким-то теплым, почти родительским выражением.