Книга Вернуть свое, страница 84 – Мария Зайцева

Ты спишь со своей секретаршей?

Память подкидывает все случаи, когда я сталкивалась с Наташей, и теперь я думаю, как раньше не замечала, что она… Бледная какая-то и напуганная постоянно. Напряженная. Я думала, что это — просто форс-мажор, Симонов же не подарок. А он, оказывается, совсем не подарок, да… Подарок с сюрпризом.

Пару раз я все же, превозмогая себя, беру телефон в руки и даже набираю Симонову. Но сбрасываю трусливо, так и не дождавшись гудков.

В таком странном состоянии прихожу на прием.

Смотрю на экран, где маленькая пульсирующая точка словно утешает меня, доказывая, что я — живая. И у меня внутри — живое. Маленькое-маленькое. И полностью от меня зависимое…

— Что-то вы бледная очень, — качает головой врач.

Я его не знаю, я в эту клинику к другому доктору хожу, но почему-то по записи меня привели сюда, хотя изначально записывалась я к своему специалисту.

— Давайте кровь сдадим на индикатор запаса железа в организме… А пока что примите вот это.

Дает мне таблетку и стакан воды.

— А что это?

— Это таблетка для повышения уровня железа в крови. На ранних сроках очень полезно. Всем, без исключения.

Я запиваю таблетку водой, потом иду сдавать кровь, потом сижу какое-то время с кружащейся головой в приемной.

Старательно делаю вид, что все хорошо, потому что знаю, что при любом намеке на опасность, позвонят Симонову, и он приедет.

А я… Не готова пока что с ним встречаться. Сил нет.

О разговоре с Наташей не думаю тоже, но то состояние, когда все внутри сжимается, и в центре груди растет и растет колкий тяжелый шар, мешающий дышать, никуда не девается.

Это ответ на стресс, я знаю.

И изо всех сил стараюсь его побороть, понимая, насколько вредно это малышу.

Выхожу из клиники через полчаса, бездумно иду по больничной аллее, смотрю на горизонт, над которым высоко еще висит яркое летнее солнце.

— Девушка, у вас кровь! — тормозит меня какая-то старушка.

Удивленно смотрю на нее, потом на себя…

По ногам течет кровь.

Не веря, наклоняюсь и провожу рукой по коленке. Словно сюр какой-то, и я в нем. Какая кровь? Откуда? Я даже не чувствую же ничего…

— У вас индивидуальная реакция на препарат, к сожалению…

Врач, уже другой, не тот, что делал мне узи, а заведующий отделением гинекологии, внимательно изучает что-то на экране планшета, — обычно медикаментозное прерывание происходит в два этапа, впрочем, я думаю, что процедуру вам объяснили…

— Нет… — я настолько не в себе, что даже не понимаю толком, что он говорит. Хотя все усилия к этому прилагаю. Цепляюсь за слово «процедура». Мне не объясняли… Какая процедура еще?

— Да? Странно, — врач смотрит опять в экран, — у меня пометка, что вы ознакомлены, подписали документы…

— Не подписывала… — снова цепляюсь я за слова, а потом выдыхаю с надеждой, — но ведь ничего опасного, да? Это же бывает?

Врач молчит, я заторможено смотрю, как палец его скролит что-то на экране.

Кровотечения у меня уже нет. Но было. И очень-очень сильное! Ощущение, что из меня литра три крови вышло, точно!

И все это — за считанные минуты, пока ждала помощи, обессиленно сидя прямо на бордюре в больничном саду.

Хорошо, что женщина, заметившая, что я истекаю кровью, смогла быстро привести помощь.