Книга Истинная на одну ночь, страница 35 – Майя Эйлер

А вот понимающая улыбка старичка-оборотня подействовала как ушат ледяной воды.

— Ой, да не красней! — он подмигнул мне. — Жаль, конечно, что не полноценная метка, так лёгкий укусик, но ты своему парню сказала, что Антошка не виноват, идёт? Он же тебя и ко мне привёз, не побоялся, что ты растреплешь всем о том, как он тебя сбил. Или сама кинулась? — вмиг стал суровым. — Ты не думай мне! Жизнь беречь надо! А тебе ещё щенков рожать!

— Да я понимаю…

— Вот и понимай! Через неделю приходи, посмотрим, как заживает, — он оторвал листок блокнота, на котором крупный и очень разборчивым почерком написал названия лекарств и рекомендации, вручил мне и покачал головой. — Эх, молодость. Думай головой в следующий раз, поняла? Могла ведь беременной быть!

— Но я же не, — похолодела.

Нет, такая мысль приходила мне в голову, но я всегда принимала таблетки по графику, да и вообще, аккуратно следила за собой, особенно в плане детей, потому что пример родителей был всегда перед глазами.

Не хочу так.

— Не бойся, — замахал он рукой и указал на выход. — Иди уже, нечего очередь задерживать.

— Какую очередь? — спросила недоумённо, но вышла.

И замерла, потому что под дверьми сидел не только Антон, но и парочка оборотней: мужик с окровавленным лицо и парнишка, баюкающий руку. Так, а ведь место, оказывается, пользуется популярностью.

— Всё норм?

Хотела ответить, но поняла, что Антон спрашивает не у меня, а у доктора, поэтому отошла в сторону, пока они разговаривали, и даже не стала прислушиваться. Немного кружилась голова, боль стухла, но я прекрасно понимала, что это ненадолго. Как только действие лекарств прекратится, она вернётся. Очень хотелось забыть обо всём, вернуться в свою комнату, забраться под одеяло и просто расслабиться. Представить, что никогда не сталкивалась с Аверовым, что не было в моей жизни ничего плохого, а я обычная домашняя девочка без больших проблем.

— Сколько я должен?

— Сочтёмся, Антошка, — отмахнулся доктор и погрозим мне пальцем, когда я всё же на него посмотрела. — А ты, девица-красавица, береги себя.

— Конечно, — кивнула ему на прощание. Уже на лестнице, отойдя на приличное расстояние, чтобы оборотень не смог нас услышать, тихо спросила у Антона: — Сколько ему лет? Он же выглядит развалиной, но двигается и говорит… активно.

— Не знаю, но подозреваю, что далеко за сотню. Он ещё мою бабку лечил, Владимирович лучший из свободных, он не задаёт вопросов, не даёт глупых советов и не сдаёт пациентов, так что с его стороны никакой угрозы.

— Отлично… Отвезёшь меня к общаге? Боюсь не дойду.

— Глупых вопросов не задавай, — Антон кивнул на свою машину.

Я уже собиралась сесть, когда у меня в кармане зазвонил телефон. Привычная, такая родная мелодия вдруг прошла по нервам как лезвие, причиняя боль, словно я прикоснулась не к куску пластика, а к оголённым проводам. И как это понимать? Предчувствие грядущих неприятностей?

— Алло…

— Зай! — голос Маруськи звучал лениво эротично, притворство лилось через край, да так сильно, что я на мгновение опешила и не успела больше ничего спросить. — Заюш, не надо сегодня встречаться! Я тут вся на нервах, представляешь. Ужас, хнык-хнык.