Книга По следу солнечного зайчика, страница 28 – Лина Вентура

Другой чуть за сорок, всегда нарядная, женственная такая. Представь, как я потряслась, когда однажды увидела, как она, уже переодетая после работы в черную обтягивающую кожу, надела шлем и оседлала мотоцикл!

— Ну надо же! А я думала, что только наш Серега такой неформат. Он просто душка у нас.

— А я подумала, что это Алексей с деньгами работает, раз строгий такой.

— Нет, он пиарщик.

— Почему ж он такой суровый?

— А его девица одна бросила. Ему и работу пришлось сменить – он у нас тоже недавно: его пассия – они вместе работали – ушла от него к боссу. Алексей так переживал, бедолага…

«Бедолага!» – эхом отозвалось у меня в груди, сердце сжалось от жалости, и судьба моя на ближайшее время определилась. Как говорил поэт: «Она его за муки полюбила, а он ее – за состраданье к ним». Но я решила любить Лешку издали, тихо обожать и не делать никаких попыток к сближению. И вовсе не потому, что не представляла, как к нему подступиться. Просто женское чутье подсказывало: начни мы общаться сейчас, меня неминуемо ждал бы плач Ярославны – рассказы об ушедшей любви, а роль друга, жилетки, в которую можно поплакаться, меня не устраивала.

Так я и промаялась пару месяцев в любовном томлении, ожидая, когда «клиент» созреет. С Лешкой я общалась – и то редко – только на совещаниях, а по каждодневной работе мы не сказали друг другу и пары слов – у нас разные задачи. А вот с Серегой, неформатным бухгалтером, мы несколько раз выпили кофе, сразу найдя общий язык. Я с ним все время смеялась, а потом на душе становилось так легко-легко. Вот бы так и с Лешкой…

Жанна мою позицию выжидания не одобрила:

— Я тебя не пойму: чего ты страдать на пустом месте взялась? Клин клином вышибают, и он, вероятно, с радостью отвлечется на новое чувство. Смелее в бой! Зачем время-то зря терять? Ты с подходцем, подходцем… Ну, не мне тебя учить, большая девочка!

Пока я размышляла, прислушаться ли к Жанкиному совету, настали выходные, и почти половина нашего агентства отправилась на дачу к неуемному Сереге на шашлыки. Я решила присоединиться, тем более что Лешка тоже собрался – несмотря на несчастную любовь.

Ехать было страшновато: мне казалось, что там всем сразу станет ясно, что я втрескалась. Пока суета да работа, никому дела не было, это в глаза не бросалось, а тут все открыто…

Не знаю, как другие, а Лешка-то все сразу понял, не пришлось мне подходцы никакие придумывать. Он как-то незаметно сел рядом со мной, заговорил, отпустил пару острот – тихонько, только для меня, засмеялся… И никакой он не мрачный, оказывается. Я просто плавилась от любви и радовалась, что не стала торопить события, и вот дождалась: он наконец созрел для новых отношений!

На обратном пути в город Лешка и я оказались в одной машине, он вышел вместе со мной у моего дома и распрощался с коллегами. В последний момент в отъезжающей машине я увидела грустные глаза Сереги.

— Знаешь, что самое важное для мужчины? – спросил Лешка, когда мы остались вдвоем у моего подъезда.

Я от волнения не смогла выдать ни одного варианта, только судорожно выдохнула:

— Что?

— Его труд. И я хочу, чтобы ты больше о нем узнала.

Я скисла, подумав, что он решил мне рассказать о своем последнем клиенте, но я ошиблась: оказывается, Лешка величает трудом свои стихи и приглашает меня к себе домой – хочет почитать их мне наедине.