Онлайн книга «Искатель, 2011 № 10»
|
— И что? — А то, что Лев Львович вчистую оправдал этого Пшеничного. Освободили за отсутствием состава преступления, восстановили на работе и выплатили компенсацию... — И что? — А то, что этот эксперт сказал, что это заслуга адвоката. Сказал, что благодарен Лощил ину по гроб жизни. Обещал по первому зову прискакать, как Сивка-бурка. — Так я не понял, Ольга! Где твой Пшеничный? Ты еще не позвонила Лощилину? — Уже звоню! * * * Им казалось, что будет сложно найти особняк Глеба Барха-нова. Но оказалось, что сеть магазинов «Самобранка» в Киеве знает каждая собака. А самого Глеба знал каждый третий в городе... Коттедж торговца стоял на одной из проток Днепра, на сорок километров севернее Лавры. Это был не дворец и не замок. За высоким забором дома вообще не было видно. В Швейцарии такие сооружения называют «шале» — массивный приземистый одноэтажный дом, вросший в природу. Несколько мансард пряталось между сосен. Внутри — застекленные дворики и зимние садики. В разных местах веранды, беседки, пруды с мостиками и причудливые скульптуры из камня и корней столетних дубов. Но все это можно увидеть за забором. А серенький «Рено» Славы Зуйко стоял на дороге в ста метрах от ворот шале Барханова... Неожиданно возник вопрос: как проникнуть на охраняемую территорию особняка?.. А второй вопрос: зачем это надо? До сих пор и Вячеслав Зуйко, и его любимая Ванда думали о другой задаче: как найти усадьбу Барханова?.. Вот она! Нашли!.. И что теперь с этим делать? Ванда ни в чем не любила обходных путей и всяческих маневров. Она предложила прямо пойти к воротам и вызвать Веру Дубровскую. — А что такое?.. Я скажу, что дело важное и чрезвычайное. Это правда!.. Потом я скажу, что я ее знакомая по Москве. И это правда! — Я тебе так скажу, Ванда, правда хорошо, а разум лучше. Ты подумай, что ты предложила! — А что такое? — А то, что Дубровская бежала из Москвы. Какое у нее сейчас важное и чрезвычайное дело?.. Одно — спрятаться от бандитов. А тут ты со своими воспоминаниями о встрече в день ее побега. — И что такое? — А то, Ванда, что Дубровская может испугаться и побежать еще дальше. Возьмет и попросит любовника вывезти ее к черту на кулички. Или еще дальше — в Париж, например... Что мы тогда будем делать? — Поедем за ней! — Я, Ванда, тоже хочу в Париж. Но у нас времени нет!.. А что сейчас делается в Боровске? Там через неделю съемки остановятся. Артисты без зарплаты останутся. Ты об этом подумала? Ванда подумала о коллегах-актерах, но только сейчас... Ей опять захотелось вернуться в гостиницу «Азалия», в леса возле дачного поселка «Дубрава», в сарай, где начиналась ее первая репетиция... — Ты прав, Слава! Ты всегда прав... Здесь надо очень умно действовать. — Можно даже посоветоваться с кем-нибудь. — Верно, Славочка. Две головы хорошо, а три — еще лучше... Давай я позвоню Кукину. Он все-таки сыщик-профессионал. Ванда вышла из «Рено» и вбежала на небольшой пригорок, с которого была видна дорога к усадьбе и днепровская протока. Она сделала это машинально — поскольку предстоял разговор с Москвой, то надо забраться повыше... Зуйко тоже покинул машину и покорно влез на поросший кустами бугор. Связь из-под Киева работала идеально! Кукин сразу ответил Ванде, выслушал вопросы и надавал советов... Закончив разговор, она развернулась к мужу, собралась пересказать всю беседу, но вдруг замерла и, глядя на дорогу, громко прошептала: «Ложись»! |