Книга Искатель, 2011 № 07, страница 6 – Анатолий Галкин, Сергей Саканский, Владимир Лебедев, и др.

Глеб работал, не подымая головы, но краем уха слышал, как девушка встала, прошлась по краю раскопа туда-сюда и наконец удалилась, что-то напевая себе под нос. Песенка эта, мелодичная и грустная, была какое-то время слышна, но вскоре слилась с шорохом степной травы.

«Вряд ли когда-нибудь еще увижу эту Лару», — с грустью подумал Глеб, и потом, когда последующие события, фантастические и страшные, закрутили его, словно щепку на воде, он не раз вспоминал эту мысль и дивился своей проницательности, которая сработала на сей раз с точностью до наоборот.

5

Глеб вылез из ямы по шаткой деревянной лесенке. Надо сфотографировать монету в том положении, в каком она была найдена. Он запустил руку в седельную сумку своего мотоцикла, пытаясь нашарить фотоаппарат, но в ладонь попадали бумаги, рукавицы, шариковые ручки, ещё какие-то мелочи... Так-с! Меньше надо пить черного тмутараканского по ночам. В наказание — гнать сейчас в лагерь. Пусть, в принципе, фото монеты на ее родном месте и не обязательно: по инструкции достаточно чертежа, а фото — по возможности, но Глебу так хотелось запечатлеть ее, первую свою монету, к тому же — что самое важное — нужно будет продемонстрировать сотрудникам археологического музея точное место, где лежала эта странная монета.

— Сед! — позвал Глеб, подойдя к обрезу ямы. — Я сгоняю в лагерь за фотоаппаратом.

Студент замер с археологическим ножом в руке, будто повар на рабочем месте.

— Темнеет... — неопределенно протянул он, и в голосе его звучала тревога.

— Ну и что?

— Ничего... А если я с вами? Мне тоже в лагерь нужно... Это...

— Ты соображаешь, что говоришь? Тут всякие черные археологи бродят, а ты хочешь раскоп бросить?

— Ну, пленкой накроем...

— Ты что — ее боишься? — кивнул Глеб на скифскую бабу, сделав ударение на слове «ее», так что им обоим вдруг стало не по себе, будто между ними пронеслась летучая мышь.

— Да не очень, — честно признался Сед. — Тут другое. Лара говорила, что в этом склепе живет древний дух.

— И ты веришь?

— Мало ли чего на свете не бывает? Призраки могут объясняться вполне реально, просто еще не открытое физическое явление. Вот и в научных журналах пишут...

— В каких еще журналах?

— Ну в этом, как его? И в другом... Глеб Сергеич! А может быть, просто позвонить кому-нибудь? Пусть принесут фотик, а?

Глеб и сам уже думал об этом, но позволить кому-то из ребят запросто копаться в его вещах...

— Ты мне вот что лучше скажи, Седуксен! — Глеб также обратился к нему «полным именем», — Скажи-ка лучше: эта Лара, значит, тут уже давно ходит, вынюхивает что-то, так?

— Вчера была, — ответил Сед. — При мне — один раз.

— С чего ты взял, что она черный археолог? Сама она, что ли, об этом растрепала?

— Да нет. Просто шаталась тут, высматривала, просилась спуститься вниз, посмотреть, но мы не пустили. Я спросил: ты что — черный археолог? Она стала гнать пургу, что нет, не черный, да и вообще не знает, что это такое, что приехала недавно, остановилась в станице Виноградной, просто интересуется древностями... Ну, я и понял все про нее.

— Интуиция, что ли?

— Вроде того, — ответил Сед с гордостью. — К тому же у нее сумка была, лопатка складная на ремне, а из сумки кисть торчала.

— С этого и надо было начинать, про лопатку и кисть, а не про интуицию. Ладно, я скоро обернусь. Если появится снова, гони ее в шею.