Онлайн книга «Искатель, 2011 № 07»
|
— Мумия рыбы! Может нормальная девушка так шутить? Допустим, генная память частично занимает у некоторых людей основную. Они помнят события, которые произошли с их далекими предками. Личность расщепляется, и больной думает, что реальность предка и есть его реальность. Он может вспомнить наречие, на котором говорил предок, и напротив — частично забыть свой родной язык... Отсюда и все эти ее оговорки, ее непонимание самых обычных слов — вот и получается эта странная, в самое себе полная, законченная система ее языка. Но если Лара не фантазирует, а помнит, то события, о которых она рассказывала вчера за ужином, на самом деле происходили! Значит, был и континент Му, и могильщики, и зачем-то надо было прятать какую-то амфору... Путешествия во времени, конечно, фантазия. Чувствуя в себе другую личность, переходя обратно в свою, эта девушка и представляет себе это, как переход из одной эпохи в другую. Сердце вдруг радостно забилось: Глеб вновь ощутил близость открытия. О континенте Му — Лемурии, якобы затонувшей обширной земле на месте современного Тихого океана, написано немало, главным образом, в популярной околонаучной литературе для массового читателя. Идолы с острова Пасхи, таинственные дороги, уходящие в глубины вод, какие-то титанические сооружения на дне, странные артефакты, добываемые в слоях известняка и даже каменного угля... Частично журнальные утки, частично подделки самих предметов — так раньше считал Глеб. Он, скорее, поверил бы в Атлантиду, бывшую, скажем, на месте эллинского вулкана Санторин, чем в какой-то туманный континент. Но если генная память больной девушки выдает Лемурию за реальность, то она на самом деле существовала! Это и есть то, о чем Глеб мечтал всю жизнь, — открытие. 20 Когда машина затормозила на Гимназической улице, он увидел перед зданием Краснодарского историко-археологического музея милицейскую «Волгу». Парадная дверь была заперта изнутри, безо всякой таблички: похоже, стряслось нечто неординарное. Глеб увлек Лару к служебному входу. Охранник узнал таманского археолога и пропустил, не интересуясь, что с ним за девушка. — Ограбили нас, — сообщил он. — Ночью кто-то залез. Очень так хитро. Сигнализация не сработала. — Разве такое бывает? — Через чердак шел. Спустился по каминной трубе. Надо быть чертом, чтобы пролезть. Едва они завернули за угол коридора, как Лара остановила Глеба, упершись ему руками в грудь. — Это он, Зонгар! — Почему именно он? — Парень же сказал: надо быть этим... Чертом. Зонгара во все времена так и называют. — Ну хорошо. Что ему нужно, твоему черту? — То же, что и мне, конечно! Амфора. Он был на твоей камералке. Увидел амфору в каталоге. Узнал, где она находится. И немедленно отправился в музей, прихватив фляжку. — Зачем ему нужна эта фляжка, черт возьми? — Чтобы перенести туда то, что хранится в амфоре. На последних словах Лара вскинула глаза. Глеб понял, что если он задаст следующий вопрос, то не получит ответа... Глупо вообще расспрашивать ее. Допустим, она скажет, что в амфоре прячется джинн или что-то в этом роде. Что бы она ни ответила — это просто ее безумие. Но амфора реально существует. Глеб видел и человека, которого Лара называет Зонгаром. Скорее всего, действительно — не кто иной, как Зонгар залез сегодня ночью в музей. |