Книга Искатель, 2011 № 08, страница 55 – Журнал «Искатель», Николай Новиков, Ирина Комиссарова, и др.

— Понял. Подгоню тачку, поставлю рядом, Марьяна будет там, а мы тут, лады?

Я согласно кивнул. Когда он вышел, Марьяна вскинула на меня заплаканные глаза и впервые за время нашего знакомства улыбнулась.

Всю дорогу до Серебряного бора Марьяна внимательно смотрела в зеркало заднего вида. Вряд ли в таком состоянии она могла заметить «хвост», если бы он прицепился, но хоть не спрашивала, о чем мы договорились с Романом, и то хорошо.

Я обещал ему, что ни слова не скажу Марьяне, но если бы не обещание, все равно рассказывать было нечего. Разговор вышел коротким, ибо Артемов немного пришел в себя и тут же вспомнил о гибели финансового директора и пропаже компьютера. В такой ситуации ему нужно было срочно мчаться в офис, готовиться к встрече со следователями и приводить в порядок финансовые документы, которые могли использовать против него заказчики убийства. Я не возражал, ибо прекрасно понимал мужика — сказать сотрудникам о гибели Барабулина он не мог (в том, что это убийство, я не сомневался), дать команду бухгалтерам не мог, значит, нужно было самому думать, что, как и когда менять в своей бухгалтерии. И это сейчас, после такого потрясения! Досталось бедолаге, ничего не скажешь.

Он не возражал против того, что Марьяна пока останется у моей знакомой, но потребовал ее адрес, чтобы мог приехать и лично убедиться, все ли с ней в порядке. Адрес Алины я не сказал, она тут ни при чем, и подвергать ее и ребенка даже малейшей опасности я не имел права. Мы немного поспорили, но в конце концов Артемов, кажется, понял меня. А что ему оставалось делать? Ситуация-то пиковая.

О Лилии Георгиевне он ничего нового не сказал, вспомнил водителя Васю, племянника да соседку-собутыльницу. К соседке нужно было наведаться, но когда и как, не решили. Ведь о ее существовании наверняка знали Ярмонов и его люди, побывали там и могли устроить засаду. Идти нужно было вечером, предварительно понаблюдав за квартирой соседки. Когда я спросил о Ярмонове, Артемов побледнел и сжал кулаки. В таком состоянии говорить о старом насильнике он не мог.

Вот, собственно, и весь разговор. Мы обменялись номерами мобильников, договорились созвониться часа через два. У меня тоже дел было до черта — отвезти Марьяну, встретиться с Сырником и хотя бы немного проанализировать последние события. Что-то много их случилось, пора бы сложить звенья в цепочку и посмотреть, что получится, да все не удавалось — то Марьяна, то Алина, то гибель Барабулина, то Артемов... Я не особо рассчитывал, что получу от него важную информацию при первой встрече, особенно после гибели Барабулина. Главное — встретились, познакомились, он знает, что случилось, и понимает, откуда исходит угроза. А там немного успокоится, поговорим более конкретно и обстоятельно.

Что касается возможного «хвоста» за нами, я сам выяснил, что его пока нет — немного поманеврировал по столице нашей родины, выбирая тихие улочки с редким движением, и убедился.

Лишь когда моя «Ауди» приблизилась к железным воротам элитного жилого комплекса, Марьяна оторвала взгляд от зеркала и, глядя сквозь лобовое стекло, спросила:

— Ты думаешь, он простил меня?

— Конечно, — сказал я. — Все у вас будет нормально, только не сразу. Придется потерпеть обоим.

На самом деле я не был уверен, что Артемов простил жену. Но это уже их личное дело, захотят — все будет нормально. Если у всех нас будет возможность чего-то хотеть в ближайшем будущем. Тут я тоже не был уверен.